Книга Ищу маму для папы — спецназовца, страница 38 – Рошаль Шантье

Вынужденная мера из-за выбора, который я сделала два года назад.

Тихон целует меня и проводит по губам подушечкой пальца. Он прощается. Прикрываю глаза, отдаваясь его последней ласке. Я буду представлять, как он касается других женщин. Я мазохистка и стопроцентно стану крутить это в голове, примеряя нашу близость на безликий женский образ.

Тихон заводит машину.

С каждым метром, паника расставания накатывает с новой силой, но я продолжаю тупо смотреть в окно.

Это необходимость.

Не желание. Необходимость.

Тихон делает круг, выезжает из автовокзала. Абсолютно иррациональный экстаз прокатывается по нервам. Но через несколько минут машина разворачивается и тормозит у обочины по направлению к вокзалу.

До меня доходит, что он проверил местность и уехал, чтобы не привлекать внимание. Со стороны покажется, что водитель заблудился. Прикрываю глаза — ну дура дурой. У него двое детей, а мы не в мелодраме. Окстись блин, тетя Стеша.

— Я припаркуюсь напротив твоего автобуса. Выйдешь, сунешь мне деньги и спокойной походкой пойдешь к автобусу. Если нас заметят, я успею вмешаться. Когда войдешь, дашь водителю двушку, чтобы не было вопросов, какого хера ты без билета. За две остановки до конечной выйдешь. И сядешь на любой другой междугородний автобус. Не суйся в большой город, не суйся в транзитный город или деревню. Твой идеальный вариант — это поселок городского типа. Не веди соц. сети, не фоткайся, не мелькай на телике и на радио, не выходи на связь с родителями или друзьями. И волосы, Стеша. Их нужно будет покрасить.

Тихон касается пальцами рыжей прядки так, будто ему самому не нравится то, что он говорит. Взгляд из собранного становится… не знаю. Мрачным? Но только на короткий миг. Перемена слишком быстрая, разительная. Через секунду мне кажется, что почудилось. Прямо как в прошлый раз.

— Это, — сует мне визитку, — номер моего знакомого. Позвонишь Вадиму через два месяца, он поможет изменить тебе фамилию и имя. До этого времени документами не свети и на официальную работу не устраивайся. Этого должно хватить, — он дает мне увесистый конверт.

— Я не возьму!

— Стефания.

— Не возьму, Тихон! Это уже слишком.

Он перехватывает мою руку за запястье и впихивает в пальцы конверт.

— Я нанял тебя няней, помнишь? Это оклад.

— Ты дофига платишь.

— Щедрый.

— Я буду скучать по нашим перепалкам.

Тихон усмехается, разделяя мою мысль.

— Распихивай в рюкзак и карманы.

Открываю конверт, даже считать не надо, чтобы понять: здесь действительно много.

Тихон берет с заднего сидения куртку и дает мне. Она женская. Я не хотела, но невысказанный вопрос сам вспыхивает в глазах.

— Это моей сестры.

Киваю и натягиваю. Кладу часть денег и сюда. А потом мысли простреливает воспоминание:

— Господи, Тихон! Ксения!

— Что?

— Она рылась в моем рюкзаке! Я вошла в спальню и застала ее!

— Твою блять мать! Проверяй документы.

У меня не было времени на сборы, все доступные минуты я провела с мальчишками, поэтому Тихон просто сунул мой рюкзак в старый рюкзак Семена. Я ничего не проверяла. Я вообще забыла об этом!

— Есть. И деньги тоже. Тогда что она хотела найти?

— Подозреваю, что сфоткала паспорт. Блять. Ладно, плевать. Ты запомнила, что нужно делать?

— Выйти, отдать тебе деньги, спокойно войти в автобус, дать водителю две тысячи.