Книга Миллион евро за мою душу…, страница 55 – Эльвира Осетина

— Будет тебе массажист, завтра найдем, — уверено обнадеживает меня Крид, и добавляет: — Теперь мы можем спокойно поужинать? И ты не будешь больше страдальчески вздыхать?

— Постараюсь, — хмыкаю я, и отвожу свой взгляд в сторону, чувствуя, как усталость действительно уходит, и мне уже не так сильно хочется спать, и даже в ресторан хочется сходить, ненадолго… Я все же женщина, а не робот, и расслабиться хоть немного, но надо.

Ресторан оказался не простым, и даже не золотым, а брильянтовым, это если учитывать шкалу ценностей моих бывших сослуживиц — Эллочки и Карины. То есть выше высшей, самой элитной категории.

«Реген — Мире». Именно так называются все рестораны, принадлежащие минусам. И обслуживают они исключительно минусов. Нам, простым смертным — людям, вход в них всегда не только запрещен, мы даже ближе, чем на сто метров к ним приближаться не имеем права. Территория вокруг таких мест всегда огорожена огромным забором, с ключей проволокой, по которой пропускают электрический ток, с двойным пропускным пунктом.

Об этих ресторанах среди людей ходило очень много слухов, легенд и конечно же страшилок. Самая распространённая из них было следующая — будто пришельцы привязывали человека к круглому столу, и пока он был жив, отрезали от него по кусочку, жарили на сковородке, и ели у него же на глазах.

Некоторые для большего устрашения добавляли, что перед поеданием, все пришельцы, находящиеся в ресторане, его еще и насиловали.

Но я-то теперь знала, как питаются пришельцы и входить с ними в ресторан не боялась. Потому что видела, что они «едят» не только меня, но и самую обыкновенную еду, да и как они меня «едят» тоже чувствовала.

Правда встречал нас с подобострастной улыбкой у входа, и открывал дверь самый обычный человек — мужчина. Но… опять же очень старый.

И услужливый администратор, который не переставая кланяться вел нас к столику, тоже был человеком — мужчиной и очень старым, на вид не меньше семидесяти лет.

А следом и официант, подавший меню… опять человек, мужчина, старый…

Правда Орант не стал смотреть в меню, и даже брать его в руки, а заказал сразу на троих.

Я же этот момент пропустила, потому что была в глубокой задумчивости, и ждала, когда нас покинет официант, быстро передающий заказ на кухню, через свой коммуникатор.

— Я не понимаю, — смотрю вслед уходящему мужчине, и перевожу вопросительный взгляд на Крида, а затем и на Оранта, — почему обслуживающий персонал, все такие… старые? И у вас в доме, тоже работают очень старые люди?

Лица обоих пришельцев вмиг становятся непроницаемыми.

— Такова политика организации, — пожимает плечами Крид, и переводит тему на меня: — Может расскажешь, что-нибудь о себе?

С удивлением смотрю на мага.

— Вы же и так все знаете? — замечаю насторожено, косясь на Оранта.

— Не всё, — качает он головой, и еле уловимо морщится. Я бы и не заметила, если б в этот момент пристально не смотрела на его лицо. — Только лишь последний год твоей жизни. Глубже я не стал копать, чтобы не повредить тебе мозг.

Я аж воздухом поперхнулась от ужаса.

А Орант тем временем продолжает:

— Полное ментальное сканирование смертельно опасно для человека. Обычно мы делаем только поверхностное, затрагивающее нужный период времени, и только лишь в случае найденных достоверных фактов, указывающих на вину человека. Остальное, если это нужно для дела, мы узнаем, опрашивая свидетелей — друзей, соседей, сотрудников по работе.