Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 79 – Дия Семина

— Возможно, но этого не случилось, может быть, нам просто не судьба быть вместе? — пытаюсь как-то по-хорошему надоумить его, что не каждому желанию суждено сбыться.

Но бесполезно.

— Анна! Я выжил, только благодаря тому, что думал о тебе, о том, как снимаю с тебя платье, как ласкаю тебя и целую всю. Мечтая познать бархат твоей кожи, услышать стоны, во время единения. Я не наивный мальчик, знаю, что значит быть с женщиной. И ты тоже догадываешься. Ты моё единственное лекарство.

К моему горлу подкатил ком, попыталась вдохнуть и не могу, анафилактический шок, отёк Квинке, и аллергия у меня в этом мире не на молоко, а на этого мужчину.

— Тем более, я ставлю на кон…

Он резко поднёс к моим губам палец и прижал. Заставляя замолчать.

— Фабрика, если тебя это дело отвлечёт от предсвадебной паники, какой страдают все девицы, то я, так и быть, позволю тебе заниматься, что там у вас, разработка стульев, рисунки мебели, вензелёчки на изголовье кровати? Да, всё это можно делать, но через посредника. С Егоровым ты больше не смеешь встречаться. Это моё последнее слово. И так как ты не выстрелишь и двух раз. То нашей свадьбе быть! Ты всё поняла, обожаемая моя невеста?

Киваю и уже надеюсь, что у меня и в этом мире всё же есть на что-то аллергия, и я сдохну до того счастливого момента, как мне придётся оказаться с этим прекрасным монстром в одной спальне. Хорошо, что я не ляпнула ему о тех сильных чувствах, какие, несомненно, были у настоящей Анны к нему. Пусть он лучше думает, что всё это пошлая игра двух непримиримых соперниц.

Карета остановилась у входа в небольшой сквер, с типичной кованой оградой и витиеватыми воротами, у которых расположились крикливые продавцы леденцов, пирожков и поодаль тучная тётка с самоваром, однако голос её больше похож на гудок парохода: не захочешь да остановишься, взглянешь и, возможно, купишь, кружку чаю. А она потом сполоснёт и посудину и нальёт в неё следующему. Одним словом: «Фу!», совершенная антисанитария во всём.

Фастфуд, такой фастфуд, независимо от мира, предпринимательское чутьё работает всегда: вставай, где узко, и много людей, особенно платёжеспособных.

Вспомнила про свой бизнес-план, что стонет от одиночества в тёмном ящике комода. Мне бы тоже нужно найти такое «узкое» и проходное место для мебельной выставки.

— Анна!

— А? Что? Я задумалась…

Модест улыбнулся, видимо, решил, что раз я забыла всё, то ему следует стать «поводырём» моих воспоминаний:

— Этот парк называется «Чернореченский», не такое шумное место и здесь много развлечений мужского характера. Тир, гольф, есть даже небольшая площадка для конного спорта, всё что пожелаешь, но это позже, сейчас нас ждут секунданты. Две твои подруги, надеюсь, они были на твоей стороне во время спора с баронессой. И двое моих приятелей, всё это простое светское развлечение, им не стоит знать о наших условиях. Поднимешь, моя радость?

— Да, Ваше Сиятельство, — его голос мгновенно вернул меня в реальность, от которой хочется сбежать, хоть куда, только бы не видеть это красивое лицо будущего мужа.

— Дорогая, пожалуйста, оставь этот холодный тон. Мы влюблены и рады нашей помолвке.

— Как скажете, но я уже ничему не рада. Если пули не холостые, можете меня пристрелить…

— Так и поступлю, если будет повод. А сейчас возьми меня под руку и наслаждайся. Я люблю тебя, больше жизни, ты и есть моя жизнь. Всё остальное — несущественные мелочи.