Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 56 – Дия Семина

— ЧТО? Ты что вообще несёшь? Ненормальная баба? По-твоему, я бы не узнала от дочери о разводе.

— Хм! Выходит, что так! Она умудрилась вызвать на дуэль своего любовника графа Орлова, вот в газетах на первых полосах, и самые пошлые уже удосужились и наши фамилии в грязи вымарать. Забирайте эту потаскуху, чтобы ноги её не было в доме моей семьи. Савелий терпел, а я не буду! — Лидия швырнула на стол газеты, и те разлетелись веером. Заголовки тотчас оповестили ошарашенную новостью Марью о том, что всё это правда.

На шум в гостиную вошёл глава семейства.

— Доброе утро, а в чём, собственно, дело? К чему столько женских воплей в моём доме, — взглянул на гостью, узнал и понял, что не к добру дамочка притащилась ранним утром.

— Лидия Сергеевна утверждает такую несусветицу, что я не в силах постичь её пассаж…

— Душа моя, изъясняйся проще, что случилось? — всё ещё не теряя оптимизма, попросил Иван.

Но Лидия сразу же без обиняков выдала жестокую правду и главе семейства:

— Ваша дочь умудрилась вызвать на дуэль вчера в общественном месте своего любовника. И не отрицайте, я сама видела, как сразу после свадьбы она с ним целовалась в театре. Но брату я не сказала из жалости к его мужскому самолюбию. Но Анна потеряла всякий стыд…

— И? — Иван Петрович простонал единственную букву, чтобы упустить ругательства, какие застряли комом в горле, а теперь нестерпимо жгут.

Марья всплеснула руками и добавила:

— Эта, эта, эта ворона обвиняет нашу Анну и утверждает, что они развелись.

— А ещё требую, чтобы вы забрали свою дочь из моих квартир. Если её поведение такое, как о ней пишут в газетах, то я не позволю устраивать бордель… Где это видано, чтобы приличной женщине по ночам любовник розы присылал, это как о нас люди думать будут!

Понимание ситуации ещё не снизошло на Ивана Петровича, но внутренний бунт уже вскипел и прорвал наружу те самые слова, какие он так усердно пытался умалчивать.

— Дура! Как ты смеешь, мою девочку оскорблять непотребными словами! В газетах всегда собирают самое гнусное, но это не значит, что так и сеть, что б тебе!

— Вот, читайте в утренних газетах, если не верите. Но я не позволю позорить своё имя…

Иван схватил первую и самую «грязную» из всех, газету и на первой же полосе увидел заголовок. Пробежал по тексту, покраснел, швырнул «гадость» на пол и ринулся к буфету, скорее выпить коньяку, для расширения сосудов, покуда оные не лопнули в его разгорячённой голове.

— Но про развод там нет ни слова! И где гарантия, что это не сплетня, выдумка, Анна бы никогда, тем более Модеста Орлова бы не посмела вот так вызвать на дуэль.

Лидия, не дожидаясь, пока её снова обзовут последними словами, взяла приличную газету и открыла колонку светских новостей. Трижды ткнула пальцем и с победным видом протянула Марье.

— Вы нам более не родня! Не могла дождаться этого момента, но таки дождалась! Тоните теперь в этой клоаке пошлости! И сегодня же заберите Анну, адрес: Вознесенский проспект, доходный дом Онегиных, у нас там свой этаж.

Не успел глава семейства Шелестовых набрать достаточно воздуха в лёгкие, чтобы обрушить свой накипевший гнев на обвинительницу. Как Марья Назаровна прогудела низким контральто:

— Убирайся! Раз не родня, так чтобы и духу твоего здесь не было. Тоже мне праведница нашлась! Курица раскудахталась, мы твою вульгарную историйку тоже знаем, наслышаны. Как ты записочки и стишки писала какому-то офицеру, а после твоему мужу пришлось стреляться и погибнуть. Обвиняешь Анну в том, что сама сотворила. Моя дочь, по крайней мере честная, и не стала юлить. Развелась с мужем, чтобы не доводить до скандала. И на дуэль вызвала графа Орлова, а не начала с ним тайком встречаться. Так что выметайся, и не смей кудахтать на мою честную дочь!