Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 24 – Дия Семина

Внезапно, одна из дам, что рассматривала «клумбу», подняла голову и посмотрела на меня. Потом на мой выбор.

— Агнес, подай-ка мне ту шляпку, примерить.

И кивнула на мой экземпляр.

Самое неприятное, что вторая продавщица метнулась к стойке, сцапала шляпку, прям, как собака утку, и принесла хозяйке.

Стою с выражением полного недоумения на лице.

Это что такое сейчас было?

— Прошу прощения! Это моя шляпка!

— Простите, сначала Её Светлость примеряет, после все остальные, — покрасневшая продавщица прошептала мне на ухо.

Но я шептать не стала, окинула взглядом тусклый торговый зал, больше напоминающий ларёк, и отчеканила каждое слово, да так, что все услышали:

— Передайте, Её Светлости, что этот тон не подойдёт её холодному цвету лица, ей бы лучше выбирать тёплые оттенки, но не яркие, они снимут лет десять возраста, но добавят молодости и здорового румянца, который ей очень идёт. А вам бы немного подправить клиентоориентированность, деньги не пахнут, но очень быстро заканчиваются. И для таких Очень Важных Клиентов, как Её Светлость, вам элитную примерочную завести не помешало бы! Всего хорошего!

— Ах! — пронеслось разъярённое восклицание по салону. Но я уже развернулась и вышла. Мои советы очень дорого стоят, а они не заплатят.

И вот тебе последний пазл!

Теперь я понимаю мотивацию маменьки.

Аристократы получают всё, а такие, как мы стоим и ждём объедки со стола.

Что-то эта показательная ситуация прям взбесила.

Раньше я сама вот так входила в салоны и покупала всё, что хотела. Самые дорогие бренды служили пропуском в мир элитных салонов. Если ты успешен, если можешь себе позволить что-то дорогое, то и позволяешь. И не нужно сдавать кровь на анализ, подтверждающий, что ты аристократ в десятом поколении.

Мне уже ровным счётом ничегошеньки не нравится в этом мире, месте, времени и в этой новой жизни.

Ускоряю шаг, нужно догнать свою карету, спрятаться в неё и зажмурится.

Теперь я за фабрику буду биться не на жизнь, а на смерть!

— На фабрику! — крикнула кучеру и залезла в карету.

— Да, госпожа! — кучер закрыл за мной дверцу и полез на облучок.

— АННА! — внезапный вопль заставил вздрогнуть.

Мужской голос, громкий, звучный, молодой. Но я не вижу кричащего. Зато сердце забилось неистово. Мне только этого не хватало!

— Гони на фабрику! — кричу Остапу, и карета срывается с места. Слышу гулкий удар в дверцу и вжимаюсь в спинку сиденья, после шляпки и переговоров с маменькой к этой встрече я совершенно не готова.

Но ОН догнал, стукнул ладонью по дверце, и я успела рассмотреть молодого графа. Пусть мельком, быстро, без деталей, но настоящая Анна пропитана его образом, она им жила, дышала и молилась на него.

А я скукожилась, вцепилась в сумочку и готова ногами отпинываться, если он всё же догонит, прикажет кучеру остановиться, откроет дверь и начнёт меня силой вытаскивать из кареты. А судя по взгляду, примерно такой план у графа и был.

Он хорош собой, это бесспорно.

Высокий, крепкий, брутальный, но всё же есть некая слащавость. Слишком утончённые черты, перебор с аристократичностью. Прям Вронский…

Я как фотоаппарат «сняла» кадр, а теперь его рассматриваю по памяти.

В такого франта, да ещё и аристократа, наверное, грех не влюбиться.

Если бы не одно, но!