Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 20 – Дия Семина

Вечер прошёл тягостно. Ужинали отдельно, даже не пожелали друг другу спокойной ночи, разошлись по спальням, как в день перед разводом, ей-богу. Видать, Анна знатно прищемила мужу самолюбие, мужское эго и всё остальное.

Уже основательно задумалась, а надо ли оно, всё это мне?

Чужой мужик, чужая жизнь с чужими косяками в виде неудачного побега и страстной любви, от которой меня уже тошнит?

Увижу этого графа, придушу, честное слово!

Да и фабрика нужна ли?

Кажется, она у Савелия пятым колесом идёт. Отец Анны прав, мельница – вот локомотив для бизнеса. Мука нужна постоянно, и на неё есть спрос у всех, от частников до пекарен. У мудрого Савелия полный цикл, и даже логистика своя — пароход. А фабрика – это уже для престижа, чтобы не называли за глаза «Мельником».

Долго думала, лёжа в постели, непрерывно глядя в одну точку на обоях, и вдруг приняла очень простое решение. Быстро встала, накинула халат и подошла к спальне мужа, заметив свет из-под двери, тихо постучала и когда он сказал: «Войдите!»

Ответила через дверь, не желая его видеть, пока просто не могу и не хочу:

— Я решила завтра проехать сначала к родителям, посмотрю на отчий дом. И если мне там понравится. И я вдруг почувствую себя комфортнее, чем у вас, то тогда пришлю за вещами, и никакого договора подписывать не придётся, фабрика останется за вами. Спокойной ночи.

Слышу, как у него что-то упало на пол.

Ну и пусть, я ему давала шанс, он не воспользовался.

Хотя сам прекрасно видит, что я совершенно другая женщина и не обязательно меня наказывать за грехи его прекрасной и ужасно глупой жены.

Утром Акулина подала мне завтрак и записку от мужа с краткой инструкцией. Если решусь, то он будет меня ждать по такому-то адресу в час дня.

Наряжаюсь во вчерашний наряд, но уже без игривого банта. Совершенно не то настроение. И шляпку выбрала с чёрной вуалью, она идеально подошла и настроению, и к чёрным кружевным перчаткам.

Хороша, очень хороша! И что так с мужчинами не везёт?

Осмотрела себя в зеркало, подмигнула и улыбнулась. Отражение меня передразнило.

И я даже поняла издевательскую суть взгляда: «Мой прямолинейной характер не спасает даже новое прекрасное тело с заводскими настройками, способными подчинить даже такого сухаря, как Савелий. Я безнадёжная!».

Ещё немного и я не смогу смотреть на себя в зеркало…

Закрываю дверь в комнату и скорее вниз, пора действовать. Мне бы ещё как-то разобраться, как здесь такси работает.

— Няня, а как тут с каретами?

— Что как с каретами? — няня моргнула, потом припомнила, что я не в себе, а теперь её поразила глубина проблемы.

— Ну их вызывать, заказывать или ловить?

— М-да! Тяжёлый случай, как тебя, однако, может, головой ударилась? Шишки нет, не болит?

— Не болит и шишки нет. Но есть проблема, я ничего не понимаю и не знаю, как здесь всё устроено. Так что…

Няня уже отбросила скепсис, и более серьёзно подошла к проблеме.

— Наш второй кучер Остап на заднем дворе дровишки колет от безделья. Сейчас ему в окно крикну, через несколько минут перед крыльцом будет ждать. От ведь! Может, с тобой, дитя моё, а то заплутаешь? Куда хоть собралась? – она смотрит на меня как на больную, и руки вытирает о передник.

— К матери. Хочу проехать домой, посмотреть, если окажется, что там хоть немного уютнее, то останусь и попрошу у мужа развод.