Онлайн книга «Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики»
|
Глава 42. Свидание не задалось — Ну, как? — не успела я перешагнуть порог «родного» дома, как Марья Назаровна ринулась навстречу прям как малыш, ждущий прихода Деда Мороза, боюсь предположить, что она так и сидела на ступенях. Пожимаю плечами, не сразу сообразив, что ответить. Мы с Андреем Романовичем за последний час говорили на слишком серьёзные темы и мой мозг не сразу осознал, что я уже дома и пора окунуться в бренность мещанского бытия. — Добрый вечер, всё нормально… — Нормально? Ты приехала в шикарном экипаже… — Да, я провела всё время в библиотеке Его Сиятельства, пока Модест уезжал на стажировку в Тайную канцелярию, я занималась с книгами, потом мы с Андреем Романовичем пили чай и много разговаривали… Я всегда порицала ёрничество и богохульников, но сейчас, увидев огромные благостные слёзы на счастливейшем лике Марьи, почему-то сравнила её с мироточащей иконой. Никогда бы не подумала, что всё, что со мной произошло, может вызвать экзистенциональный экстаз, сравнимый с божественным чудом. Через несколько секунд, придя в себя, матушка обняла меня и прошептала: — Я знала, знала! Ты молодец, но как, однако, умна. Ведь адвокатишка же сказал, что свадьбы не будет, а ты в самое логово пролезла, да и вскружила голову папаше… — О МОЙ БОГ! Вы с ума сошли? Я никуда не лезла, хотела проехать в книжный, но Модест меня уговорил, будь у меня деньги с собой, сама бы взяла карету… Отстраняюсь и смотрю на неё с ужасом. Если «родная» мамаша так думает о своей дочурке Аннушке, то ровно также подумают и все остальные. Господи, не мир, а серпентарий. — От счастья! От счастья, доченька… Чудны дела твои, Господи, ох как же благостно на душе. Ты больше не мещанка… Не в силах терпеть эту откровенную дурь, обхожу её стороной и бегом в свою комнату, пока не наговорила чего-то совершенно лишнего. С меня сейчас станется. Дверь пришлось закрыть и подпереть стулом, подозреваю, что дубликаты ключей есть и у маменьки, и у экономки. Отдышалась и чуть позже впустила только Глашу. Позволила ей помочь с одеждой, причёской и «заказала ужин в номер». — Не могу пока общаться с Марьей Назаровной, её восторг выбивает меня из равновесия. — Подам сюда, ещё какие-то распоряжения будут? — Да, после ужина я напишу письмо няне, завтра отнеси ей, деньги на карету я дам. — Конечно, госпожа! — склонила голову и присела в книксене. — Это что ещё такое? Ты же утром запросто со мной общалась… — Вы невеста графа, на такой карете подъехали, что голова кругом. К вам теперь только так, госпожа. Я пойду, ужин ещё разогреть нужно, — прошелестела словами и снова присела. Вот что с людьми делает статус… Аристократы недаром выбивали себе преференции столетиями, теперь пожинают плоды. Странно, что Воропаев посмел сделать гадость Модесту, очень странно, по сути, если титул настолько защищает, то теперь уже одного нашего слова достаточно, чтобы посадить придурка на место, заставить принести публичные извинения, и заплатить… Некогда думать об этом, нужно срочно написать письмо, а то завтра времени может и не быть. Написала подробное сообщение Прасковье, и после ужина отдала Глаше с довольно крупной купюрой, пусть расстарается и отнесёт пораньше. А сама ещё немного поработала, крикнула матушке через дверь, что очень устала и попросила пока оставить меня в покое. |