Книга Свидание на краю бесконечности, страница 96 – Ольга Володарская

Бабушкины глаза затуманились, но не от слез. Она как будто унеслась куда-то мыслями, однако быстро вернулась:

— Так ей стало плохо или на нее напали? — спросила она у Лейлы. Именно у нее, а не у капитана. А когда перевела взгляд на него, обратилась с другим вопросом: — И при чем тут наша семья?

— И вы, и ваша внучка вчера были у Тамары Зурабовны в гостях, — ответил Магомед. — Вы обе можете помочь в раскрытии преступления.

— Когда я уходила от Томы, она была жива-здорова и, как обычно, несносна. Мы не помирились, хотя я за этим ездила.

— И я, — выпалила Лейла. — Но мне она не открыла, о чем товарищ капитан уже знает.

— Фатима Сафаровна, вы как будто не расстроены? Вам совсем не жаль бывшую подругу?

— Откуда тебе знать, сынок, что я чувствую? Я стольких за свою долгую жизнь похоронила, что на кладбище как к себе домой хожу. Там не только мои родители, сестры, муж, там мои дети. Во мне расстройства и жалости осталось так мало, что боюсь тратиться на посторонних людей… — Она взялась за створки окна, чтобы закрыть его, но сделала это не сразу. — Лейла, девочка, зайди ко мне, помоги переодеться, не справляюсь сама. А вам, товарищ капитан, желаю найти злодея. Если на Тому на самом деле напали, мне хотелось бы, чтоб тот, кто это сделал, понес наказание.

На этом она закончила разговор и с громким хлопком закрыла окно.

— Бабуля переживает, просто виду не подает, — сказала Лейла капитану. — Когда Тамара последний раз в больницу попала, она каждый день ее навещала. Хотя она старше и ей тяжело ходить.

— Но это было до ссоры? Из-за чего она произошла?

— Это не наше дело. — Но хотела она сказать «ваше». — Я пойду к ней, ладно? Бабуля только мне позволяет помогать ей с туалетом. Даже маму прогоняет, потому что та не ее родная кровь, а всего лишь невестка.

— Не смею задерживать.

На прощание Магомед ей улыбнулся. Не широко, но очень по-доброму. Лейлу это удивило. Разве люди из органов не сохраняют каменные лица до последнего?

— Я жду! — услышала она голос бабушки и побежала на ее зов.

Когда девушка зашла в комнату Фатимы, та сидела на кровати. Спина сгорблена. Подбородок опущен на грудь. Руки сцеплены и прижаты к груди.

— Бабуль, с чем тебе помочь? — обратилась к ней внучка. — Какую одежду достать? Или сначала в ванную?

Старушка медленно повернула к ней лицо, посмотрела сумрачно.

— Выкладывай, что натворила! — сказала она хрипло и, разжав ладони, швырнула во внучку шелковым платком, что до этого сжимала в кулаке.

Разве такое бывает?

Чтобы увидел и понял: вот она — твоя женщина! За несколько секунд решил свою судьбу и мысленно сыграл с ней свадьбу еще до того, как она заговорила.

— Только в книжках, — ответил самому себе Мага. — Тех, которые читала твоя мама в молодости, а ты никогда.

О Лейле Шамутдиновой он думал, когда садился в свою машину, когда ехал на ней по адресу, скинутому ему осведомителем, когда прорывался в квартиру, обитатель которой ему не открывал… Даже когда допрашивал его, подозреваемого в деле о двойном убийстве, думал о Лейле!

Смотрел на тупую жестокую рожу преступника, а представлял нежное девичье личико с влажными глазами олененка. Именно на них Мага обратил внимание в первую очередь. Потом рассмотрел нос с маленькой горбинкой, от природы яркие губы, нежный подбородок. Лейла выглядела бы гораздо младше своего возраста, если бы не пользовалась косметикой. Но ее кожа была покрыта тоном, что немного удивляло. Такая свежая и прекрасная, зачем она, как сказал бы Кузя, мазюкается? Он и свою супругу уговаривал этого не делать, хотя то, что она красит волосы в разные цвета, его не смущало.