Книга Бывший - все сложно, страница 94 – Ольга Тимофеева

— Что случилось? – жмем руки друг другу.

— Да у Матвея после выходных синяк на ноге, жена зацепилась за это и теперь угрожает, что добьется судом, что мне нельзя будет с ним видеться. Я его то ли избиваю, то ли со мной опасно. Сука…

— Ну, так дети же… тем более пацаны.

— Там просто… я не знаю, как, но мне надо забрать у нее ребенка. Она его до клиники доведет.

— У нее что, не бывает синяков?

— Нет. Представляешь? А знаешь почему?

— Потому что он у нее сидит и книжки целыми днями читает. На пианино она его записала с частными уроками. Непонятно, кого она из него хочет вырастить.

— А у ребенка не могут спросить, с кем он хочет жить?

— Мелкий еще.

— Должен же быть выход.

— Если только она сама откажется. Но она меня хочет родительских прав лишить. К каждой мелочи придирается.

— Угораздило тебя.

— Ага. На внешность повелся. Деньги есть у папы, вот корону и надела, а так из себя ничего не представляет.

— Привет, Никита, – нас догоняет новенькая из нашей команды.

— Привет.

Обгоняет нас и идет первой.

Рената игнорирует, будто и не было.

— Чего это, с тобой не здоровается?

— Потому что такая же, походу, как моя жена. У меня же на них чуйка.

— Слышь, чуйка, а тебе собака не нужна?

— Неа. Мне крысы пока хватает.

Что же делать с этой собакой?

— Никит, у тебя опять резинка порвана, – бурчит Ренат.

— Сейчас заменю.

— А что за резинка? – тут как тут стажерка Вероника.

В ремзоне среди запахов гари и смазки, она как будто не вписывается.

— Для волос, – подкалывает ее Ренат.

— Как смешно… – закатывает глаза. – Никит, а я вот все думаю, а если в огонь зашел, а там человек. А у него маски нет. Ему как? Отдать свою? Или что делать?

На секунду в комнате тишина.

— В твоем случае лучше отдай свою, – не отрываясь от чистки каски отвечает Ренат.

Как первоклассники, ей-богу. Переспали бы уже, что ли.

— Своя маска – это жизнь, – серьезно отвечает Ваня. – Но если без нее кто-то сгорит… тогда даешь человеку свою, а сам задерживаешь дыхание и тащишь.

— А если он тяжелый и я не вытащу?

— А мы тут для того, – вклинивается Ренат, – складывая салфетки, – чтобы вытаскивать. Даже если ценой своего воздуха.

И тут сирена. Пронзительная, режет мозг.

— Внимание! Пожар в детском саду! – диспетчерский голос бьет в динамик.

Все вскакивают, движения отточенные. Куртки, каски, аппараты. Секунды. Адреналин в кровь.

В прыжке натягиваю куртку, затягиваю ремни так, что в ребрах ломит.

— Адрес! – Ренат запрашивает у диспетчера и запрыгивает за руль.

Любой вызов это работа. Тут не думаешь, а вдруг там кто-то мой знакомый. Но сегодня пошатывает.

Десять секунд и мы уже выезжаем на вызов.

— Ренат, что за сад.

— Там, где Кира работает, я так понял. Позвони ей, спроси, что там.

Редко такое чувство бывает, но будто кто-то ледяной крошкой по коже.

— Кира сегодня дома осталась.

— Ясно.

— А Борька в саду.

Мир сужается до мысли, “а если не успеем”. Сердце колотится где-то в горле.

Мой пацан, возможно, сейчас в огне.

В голове гул. Образы мелькают – Борька с рюкзачком, смешной, Кира, усталая, но улыбается.

В кабине машины тесно, горячо. Снаружи вой сирены, колеса гремят по асфальту. Команда переговаривается, но я почти не слышу слов. Только одно: Боря может быть в опасности.

— Никит, слышишь? – хлопает по руке Леха, – все будет нормально. У них же там план эвакуации есть, постоянно тренируемся. – Может, Кире позвонишь? Узнай, что там.