Книга Медсестра. Мои мужчины – первобытность!, страница 46 – Наташа Фаолини

Предрассветная мгла — мой единственный союзник. Костер похитителей догорает, отбрасывая тусклые, колеблющиеся блики.

Сердце колотится как пойманная птица.

Лия все так же слаба, ее дыхание едва слышно.

Я еще раз смачиваю ей лоб остатками влаги из мха и шепчу:

— Держись, маленькая. Мы должны попробовать.

Острыми краями камня, найденного в пещере, я кое-как обрезаю и подгоняю полосы шкуры, сорванные с моей одежды. Привязать Лию к себе так, чтобы можно было передвигаться, оказывается невероятно трудно.

Она почти безвольна, и каждое мое движение грозит причинить ей боль или разбудить окончательно.

Наконец, мне удается закрепить ее на спине, как мешок, перетянув полосы крест-накрест через грудь. Ее горячее, прерывистое дыхание обжигает мне шею.

Я подползаю к выходу.

Стражник у огня не шевелится.

Тот, что дремлет, тихо похрапывает.

Затаив дыхание, я медленно, миллиметр за миллиметром, отодвигаю грубую шкуру, закрывающую вход. Просовываю голову.

Воздух свежий, ночной, пахнет прелой листвой и дымом. Путь к ближайшим густым зарослям, которые я приметила еще днем, кажется бесконечно длинным.

Выбравшись из пещеры, я почти сразу чувствую, как отчаянно тяжела Лия.

Каждый шаг дается с огромным трудом.

Ноги вязнут в мягкой земле, сухие сучья предательски хрустят под босыми ступнями.

Я двигаюсь, пригибаясь к земле, стараясь слиться с тенями деревьев, постоянно оглядываясь на лагерь похитителей.

Лия тихо стонет у меня за спиной, и я шепчу ей успокаивающие слова, молясь всем известным и неизвестным богам, чтобы ее стоны не услышали.

Лес вокруг полон опасностей. Ночные звуки — уханье совы, далекий вой какого-то зверя, треск веток под лапами невидимых созданий — заставляют вздрагивать.

Боль в затылке пульсирует, напоминая о пережитом, голова кружится от напряжения и слабости.

Мы проходим, как мне кажется, целую вечность, хотя на самом деле, наверное, всего несколько сотен шагов.

Густые заросли уже близко, всего в нескольких метрах. Надежда робким огоньком загорается в груди.

Еще немного…

И в этот момент Лия громко кашляет. Судорожный, надсадный кашель, который невозможно скрыть.

Я замираю, сердце обрывается.

— Что там? — раздается резкий, встревоженный окрик со стороны лагеря.

Тотчас же слышится топот ног, треск веток.

Нас замечают.

Слишком быстро.

Стражник, что отошел в кусты, возвращается и видит нас.

Погоня начинается мгновенно.

Я несусь сквозь лес, не разбирая дороги, ветки хлещут по лицу, ноги спотыкаются о корни. Лия на спине кажется свинцовой. Ее прерывистое, горячее дыхание обжигает мне шею.

Я слышу за собой тяжелый топот, яростные выкрики.

Они быстрее. Сильнее.

Надежда тает с каждым шагом. Легкие горят, ноги подкашиваются. Я спотыкаюсь, чуть не падая, и понимаю — это конец.

Нас настигают.

Двое похитителей выскакивают из-за деревьев прямо передо мной, отрезая путь. Третий подбегает сзади.

Мы в ловушке.

Один из них, самый крупный, с грубым, перекошенным от злости лицом, подскакивает ко мне.

Он с силой срывает Лию с моей спины.

Девочка безвольно обмякает и падает на землю, издав тихий стон.

— Бежала, дрянь! — рычит он, и его тяжелая рука обрушивается мне на лицо.

Удар такой силы, что мир взрывается искрами. Я шатаюсь, но стою на ногах, ярость на мгновение заглушает боль.