Книга Медсестра. Мои мужчины – первобытность!, страница 11 – Наташа Фаолини

Он толкается внутрь меня еще раз и звезды начинают сыпаться из моих глаз.

Все мысли теряются, я ощущаю только плоть Вара внутри, и руки Рива, ласкающие мое тело спереди.

Сжав мои волосы большой сильной рукой, Рив заставляет меня поднять голову и впивается в губы жестким поцелуем.

Поцелуй глубокий, жадный, почти агрессивный. Он будто хочет запечатлеть на моих губах свою власть.

Его дыхание горячо, язык вторгается внутрь, не оставляя пространства ни для сомнений, ни для воздуха. Я отвечаю с тем же жаром, но чувствую, как Вар сзади, во мне замирает — напряжение исходит от него волной.

Его ладони по-прежнему на моих бёдрах, но они становятся твёрже, почти как предупреждение.

— Отпусти, — ворчит он низко, голос его глухо вибрирует у моего затылка. — Сейчас она моя!

Но Рив не отвечает словами. Он сжимает мои волосы крепче и целует ещё глубже, будто нарочно. Вар рычит, и его руки срываются вверх — он обхватывает мою грудь, сжимает её через шкуру, а дальше сдвигают одежду вниз, его пальцы грубые, напряжённые, он как будто заявляет права.

Между ними разгорается молчаливая битва — не за тело, а за душу, за власть, за ощущение.

Мои губы горят от поцелуя, спина — от прикосновений, горит каждая клеточка тела, а особенно — лоно. И я схожу с ума от этих ощущений.

Они словно забыли друг о друге, но используют меня как поле боя — каждый стремится оставить след, утвердиться.

— Она не против, — шепчет Рив, наконец отрываясь от моих губ, его голос хриплый, губы влажные. — А я все равно не отпущу.

И тогда они оба замолкают. Их руки синхронно охватывают меня — один спереди, другой сзади — и я чувствую, как они больше не спорят. Теперь они действуют вместе. И этот союз — куда опаснее их соперничества.

Их дыхания тяжелые, но сдержанные, как у хищников перед прыжком.

Рив не отпускает моих волос, его пальцы всё ещё в них, но теперь он не тянет, а держит, будто хочет убедиться, что я здесь, с ним, несмотря на присутствие Вара. Его взгляд скользит по моим глазам, губам, и я чувствую, как в нём борется ярость и одержимость.

Тем временем ладони Вара сзади тяжелеют, его грудь сдержанно прижимается к моей спине, и я ощущаю, как внутри него напряжение взвинчивается до пика, а плоть внутри меня твердеет до предела.

Он делает еще один толчок, и я не сдерживаю стона, который врывается прямо в губы Рива.

В следующую секунду Рив выпрямляется, отстраняется всего на мгновение, но этого достаточно, чтобы ощутить, как в нём кипит что-то более глубокое, чем простое желание. Его глаза темнеют, взгляд пронзает, как лезвие.

— Моя очередь, — говорит он негромко, но с такой уверенностью, что воздух в пещере становится гуще. — Я хочу чувствовать её…

Его слова как вспышка. Вар напрягается, его тело будто каменеет у меня за спиной.

Он продолжает двигаться во мне, кажется, смотря на Риве с вызовом. Его пальцы ещё на моих бёдрах.

— Она моя, — рычит Вар, не отпуская мои бедра, продолжая стискивать их сильными пальцами.

Рив подается вперёд. Он смотрит мне в глаза, не отводя взгляда, и всё его тело — напряжённое, сдержанное — говорит одно: я тебя хочу. Он касается моей щеки, большим пальцем проводит по губе — медленно, с притяжением, в котором чувствуется непреоборимое вожделение.

— Но она выбрала, — добавляет он мягко и как-то хрипло. — Сейчас — меня.