Книга Прежде чем мы разобьёмся, страница 57 – Мила Любимая

Отправила в рот очередную ложку слоённого лакомства. Торт быстро растаял, накачивая меня эйфорией.

Нет, жизнь без сладкого определенно будет лишена всякого смысла. Законный и простой способ получить дозу эндорфинов и серотонина не может быть вредным. Ну, если только чуть-чуть.

— Не грузись, детка. Не усложняй.

— Кто тебе сказал, что я усложняю?

— Опыт, — пожал он плечами.

Ах да, точно.

— Ян, а как ты относишься к трансформерам?

Он удивлённо приподнял брови.

— Потому что ты грёбаная секс-машина.

Сотников улыбнулся во все тридцать два зуба, накрыв своей ладонью под столом мою коленку. Я почувствовала, как его пальцы устремились выше. Большого усилия стоило спихнуть с себя его наглую конечность. Мозги уже транслировали по всем ментальным каналам пламя, которое подступало к каждой клеточке моего тела, накачивая искрящим сексуальным напряжением.

— Заманчиво, но нет. У меня уже есть десерт.

— Пожарова, тебе нельзя есть столько мучного. Дай эту гадость сюда.

Он нагло отобрал у меня тарелочку с «Наполеоном». Будь у меня вставная челюсть, я бы сейчас её уронила на пол.

— Что ты делаешь?

— Я только что спас тебя от лишних калорий.

Боже мой, ну просто святой человек. Как же я раньше жила без рыцаря ордена борьбы с пирожными? Уму непостижимо.

— С каких пор моя фигура стала тебя заботить?

Придвинула десерт обратно к себе, пока этот гад не покусился на мою прелесть.

— Всегда, Пожарова.

Он подмигнул и снова протянул свои загребущие лапы к моему «Наполеону». Обманный маневр всё-таки удался Яну, и большая часть торта исчезла с тарелки.

Он с явным аппетитом прожевал кусочек, облизав свои чуть припухлые по-мужски губы. Наверняка Сотников сделал это специально. Он знает, какие желания вызывает у девушек и беспощадно пользуется тем впечатлением, что производит. Я бы сама его сейчас сожрала, серьёзно.

Ибо в моей воспалённой фантазии мы оба скинули свои одежды и предались самому настоящему грехопадению. Что-то меня накрывает…

— Вот. Твои пышные формы спасены, — произнёс Ян с чувством выполненного долга. — Только не дуйся, булочка.

Пышные значит?

— Вкусно? — растянула губы в притворной улыбке.

— Безумно. Я готов сделать этот торт нашим особым блюдом.

Нет, всё-таки пристрелить его мне хочется куда сильнее. Прямо руки чешутся.

Но так как ружья при себе нет (ни чтобы оно у меня вообще имелось!), то пришлось импровизировать на ходу.

— Держи. Мне не жалко.

Ян посмотрел на меня с каким-то недоверием, ещё не понимая, к чему я клоню.

Взяв остатки пирожного в правую руку, я размазала его по идеально белой майке Сотникова.

Впрочем, теперь она уже не такая белая и совсем не идеальная…

Но ради этого взгляда Яна, я бы перемотала плёнку назад, а после сделала всё тоже самое. Может быть, ещё одну порцию сверху накинула. В качестве бонуса.

Вот только Ян не растерялся. Он стянул с себя испачканную майку, оставшись в одних джинсах. Девчонки, сидящие в кофейне, едва не захлебнулись слюнями. Честно сказать, почти готова к ним присоединиться.

— Так нравлюсь тебе голым, что ты не удержалась?

БОЖЕ.

Вот ведь наглец!

— Сотников, какой же ты…

— Знаю, детка.

— Я хотела сказать невыносимый идиот.

Решительно поднявшись на ноги, обогнула столик и направилась к выходу из кофейни.

На улице шёл дождь. Мощный такой, проливной. Капли отскакивали от асфальта, барабанили по стёклам автомобилей, создавали огромные и глубокие лужи…