Книга Случайная наследница Миллиардера. Новогодняя история, страница 39 – Дари Дэй

Припарковался неподалеку, и уже собирался покинуть машину, когда увидел ее.

На крыльце возле подъездной двери стояли Маша и Шурочка. Лица обеих освещал свет фонарей в начинающих сумерках. Снег кружился и падал. И момент мог бы быть просто волшебным.

Если бы рядом с Машей не стоял бывший муж.

Я узнал его сразу. На него в моем столе давно лежало досье с фотографией.

И пока я гонял в голове эти мысли, ее бывший муж наклонился, и их губы соприкоснулись.

На миг замер весь мир.

Воздух одним точным ударом вышибло из моих легких. Казалось, в груди что-то с треском сломалось.

Может быть, причина того, что Маша не открыла той ночью, не в Ларе? А в том, что она решила сойтись с бывшим мужем? Может быть, она была не одна?

Не в силах вынести эту мысль, я вдавил в пол педаль газа. Рванул с места, оставляя их позади.

Боль не отпускала ни через квартал, ни через два, ни через десять. Она жгла изнутри как огонь. Разъедала. Ядом сочилась по венам.

«Не могла. Только не Маша. Она была искренней. Я это знаю» – стучало сердце в такт мыслям.

Но ведь я только что видел все своими глазами.

— Дурак, – усмехнулся, – снова поверил не той женщине?

И тут же пытался ее оправдать.

Но воспоминания о бывшей жене лишь подстегивали мое недоверие.

Целый день я бесцельно колесил по дорогам, не зная, куда себя деть. Снегопад продолжался, машины вокруг мигали фарами, в окнах домов мелькали силуэты людей. Все готовились к празднику.

Это все, будто в насмешку, лишь подчеркивало мое одиночество.

Остановился на городской площади уже поздним вечером. Через лобовое стекло наблюдал за толпой. Люди радовались, пели, смеялись.

На огромных часах оставалось всего пять минут до полуночи.

Я опустил голову на руль, чувствуя, как все внутри ломит от боли.

Ради чего это все тогда, черт побери?!

Теперь, когда я думал, что нашел то, что искал, все снова разрушилось.

Толпа начала отсчитывать последние секунды до Нового года.

— Пять… четыре…

Я поднял голову и посмотрел на часы.

— Три… два…

Закрыл глаза лишь в последний момент.

И одно единственное желание продралось сквозь тонны мыслей и боли.

«Хочу семью. Настоящую. Крепкую. И это то, в чем я не признавался себе, боясь вновь испытать боль от потери»

— Один!!!…

Куранты пробили полночь. Толпа взорвалась криками радости. Площадь окрасилась в яркие краски салютов. Люди обнимались, поздравляя друг друга.

А я знал, что должен сделать.

Резко завел машину и развернулся.

Маша должна узнать правду. Про меня и про Шуру. Она должна узнать, кто ее настоящий отец. А я должен выяснить все раз и навсегда.

Снег продолжал кружить мелкими вихрями, за коном внедорожника завывал ветер.

Когда я въехал во двор, в ее окнах все еще горел теплый свет.

Вышел из машины не чувствуя ни холода, ни страха.

Поднявшись к двери, постучал.

Пульс бился так громко, что я едва услышал собственный стук.

Дверной замок щелкнул, а мое сердце готово было проломить собой ребра.

МАША

Елка мерцала огоньками в углу, а по телевизору показывали новогоднее обращение президента.

Мы с Шурочкой вдвоем сидели за накрытым столом, ломящимся от угощений. Да… перестарались слегка. Кто это все теперь будет есть? Оливье, селедка под шубой, курица с хрустящей корочкой, запечный картофель. Мы с дочкой и за месяц не справимся.