Книга Кукла и ее хозяин, страница 53 – Мэри Блум

— Если хочешь знать, массаж ты делаешь гораздо лучше.

Ее личико мгновенно расплылось в довольной улыбке. Хотя, по-моему, чтобы мазать колдуну спину скверной, большого ума не надо.

Вскоре вполне довольные друг другом мы разошлись. Агата, что-то напевая себе под нос, осталась наводить порядок в своей новой процедурной. Я же, накинув рубашку, вернулся в гостиную, где было довольно многолюдно. Дородные тетушки, которых Савелий приводил помыть полы после экспресс-ремонта, вернулись вновь — и сейчас Уля раздавала им указания, что и где еще убрать. В кухне тоже что-то бодро кипело, по дому летал запах горячего обеда, как бы говоря, что больше не нужно искать, куда свалить на ланч. Моя умница хлопотала вовсю, устраивая здесь порядки не хуже, чем в дядином имении, где мы оба выросли. А ведь в этом доме никогда не было нормальной хозяйки — хотя женщин здесь всегда было достаточно.

С улицы вдруг донеслась новая волна высоких писклявых визгов, причем мужских. Харон опять развлекался, втаптывая в траву чье-то достоинство. Может, мне табличку на ворота повесить «Осторожно. Злая аномалия», чтобы думали, прежде чем входить? В доме колдуна обычно не рады тем, кого не ждут.

Подойдя к окну, я взглянул на валяемую по земле тушку — и останавливать своего поганца не стал. Этот гость заслужил именно такой прием.

— Павловский, какого хрена! — визжал знакомый голос, который недавно говорил со мной по телефону. — Выпусти!..

Харон, вдохновленный такими воплями, стал катать его еще усерднее, словно намереваясь удобрить этой тушкой наш газон. Достойный представитель шпаны дергался как ошпаренный под костлявыми пальцами, однако освободиться не мог. Как я и думал, гонора больше, чем сил — а туда же, кошмарить других. Моих лет, несколько массивных золотых колец на пальцах явно для солидности, один брендовый кроссовок на нем, другой уже под деревом, модная причесочка аж дыбом, ворот футболки в клочья, джинсы в земле — и все равно, несмотря на живописный вид, оставался массовкой, только теперь в сюжетах про бродяг.

— На стрелку приехал? — уточнил я, подходя.

— Выпусти! — заверещала тушка под загребущими темными костяшками, силясь выбраться сама и не в состоянии этого сделать. — Живо выпусти!..

Если ты слабак, сопротивляться моему поганцу бессмысленно — так же бессмысленно, как кубики пресса у дрища. Не удивлюсь, если у этого они есть — вон как помогают на земле ровно лежать.

— Дуэль! — выкрикнул он. — По-честному!

— Что, хочешь вообще сдохнуть?

Украшенные кольцами пальцы, таки умудрившиеся высунуться из хватки грабли, заволоклись жиденькой чернотой и нацелились в мою сторону. Я наступил на его руку, и из-под моей подошвы пошел тоненький дымок, как от затушенной сигареты. С чего ты вообще решил, что в моем дворе можно устраивать разборки хоть кому-то, кроме меня?

— Тупее, чем кажешься, — заметил я. — Ладно, слушай, если не понял. Тебя сейчас катает моя аномалия. Познакомился? Сильный колдун может с ней потягаться, слабый не справится. Слабому здесь нечего делать. И уж тем более слабому нечего связываться со мной. Хозяин сильнее своей аномалии.

— Убери ногу! — взвизгнуло тело на земле. — Мне больно!

Ой, бедняжка, да ты, видимо, даже еще не знаешь, что такое боль.

— Я тебя буквально могу в порошок растереть, — пояснил я, надавливая подошвой на его ладонь чуть сильнее, — и сдохнешь прямо здесь и сейчас. Теперь понял?