Книга Кукла и ее хозяин, страница 15 – Мэри Блум

— Твое имя? — уточнил я.

Он еле заметно поморщился от такого обращения, но проглотил. Что поделать, право «тыкать» имел не тот, кто старше, а тот, кому можно больше. Достав смартфон, я набрал приказчика и уточнил, что это вообще за тип. Тип оказался тем еще жуком, и если при моем отце сидел смиренно и тихо, то сразу после его смерти, когда Савелий предлагал перезаключить договор со мной, нынешний проситель без раздумий нагрубил и отказался от услуг.

— Послал меня, мессир, — добавил приказчик.

— И куда послал? — уточнил я, видя, как с горе-подписчика, который прислушивался к обрывкам разговора, слетает недавняя спесь.

Казалось, пол-улицы вокруг затихло, прислушиваясь вместе с ним.

— Туда, куда приличные люди не посылают, мессир.

Закончив вызов, я вернулся к заметно поскромневшему собеседнику.

— Мой приказчик говорит, что ты ему нагрубил.

— Небольшое непонимание… — спешно проблеял тот.

— Если вдруг возникло непонимание с тем, кто носит этот знак, — я показал свою печатку, — то непонимание возникло и со мной. И это уже мне решать, насколько оно небольшое.

— Но…

— Хочешь непонимания со мной?

Он аж сглотнул застрявшие поперек горла оправдания и нервно переступил с ноги на ногу, понимая, что если продолжит выделываться, ему потребуется уже не моя защита, а защита от меня.

— Извинись перед моим приказчиком, — подытожил я. — Причем так, чтобы он проникся. Тогда я решу, что с тобой делать дальше. И будь готов, что процент станет выше.

— Конечно, мессир, — на этот раз проситель глубоко поклонился. — Я так и сделаю, — и проворно скрылся.

Люди вокруг тут же вернулись к своим делам, усердно изображая, что не подслушивали и не подглядывали — но, судя по лицам, зрелище вышло именно таким, какого они и ждали. Взгляды в рядах проводили нас до самого выхода. Вот она, доля мессира — нигде не оставаться незамеченным. Репутация — вещь не быстрая, она не зарабатывается сразу, но одной сколопендры оказалось вполне достаточно, чтобы запустить процесс.

Скоро каждая псина будет в курсе, что новый мессир Павловский намерен продолжить славные традиции старого. Так что продолжайте уважать и бояться.

Пообедав, мы приехали домой. Пустая гостиная сверкала чистотой — работницы навели порядок и ушли, и, похоже, обошлось без происшествий. Дарья в гостиной тоже не обнаружилась. Нашлась она неожиданно там, где ее не должно быть в принципе — в моем кабинете, у моего стола, с моей книгой в руках, которую я вообще-то держал в ящике — опять же моем. Ибо этот самодельный томик явно не для твоих пытливых глазок.

— А в Синоде разве не учат не трогать чужое? — уточнил я.

Захлопнув книгу, наша мадам торопливо повернулась ко мне. Однако вместо растерянности или смущения, подобающих случаю, в ее глазах лишь назидательная суровость.

— Как сотрудник Святейшего Синода, — известила она, — в пределах своей компетенции, а этот дом — моя компетенция, я могу делать все что угодно, в том числе и проводить обыск.

Ничего себе заявочка. Лучше бы кухню обыскала, обнаружила что-нибудь в шкафу и приготовила ужин. Подойдя, я выдернул книгу из ее загребущих пальчиков.

— Все, обыск закончен.

Дарья задумчиво проводила томик, перекочевавший из ее рук в мои.

— Судя по тому, что я там прочла, — после паузы выдала она, — твой отец хотел сделать из тебя монстра.