Книга В аду любят погорячее, страница 77 – Мэри Блум

— И этот значок — уникальный, — продолжал рядом Сэл. — Второго такого нет. Плод совместной работы его хозяина и Би. В нем смесь власти и амбиций. В нем свобода. А свобода — то, что рай ненавидит больше всего…

Алгон: “Почему ты вечно во все влипаешь?!”

— И сегодня своей не самой умной, но весьма смелой выходкой ты показал им всем, что этот значок отлично работает…

Круто. Я оценил всю глубину подставы. Получается, меня без моего участия записали в какой-то сомнительный эксперимент, похожий на тестирование новых препаратов. Разумеется, для моего же блага — по крайней мере именно так скажет Би, если спрошу у нее напрямую.

Алгон: “Ты вообще понимаешь, во что ввязался?!”

В руке раз за разом истерично вспыхивал экран. После каждого ее сообщения моя уверенность падала еще стремительнее.

— Видишь, сколько проблем создал, — наставительно произнес Сэл, словно точно зная, кто и что мне пишет, даже не глядя на мой смартфон, — причем не только себе…

Алгон: “А если с тобой хоть что-то…”

В окошке около ее имени нервно замигал значок, показывая, что она снова печатает. Словно в такт, что-то начало точно так же нервно постукивать внутри моей головы.

— Пожалуй, усыплю ее на сутки, — сказал Сэл, не отрываясь от дороги. — А то мало ли что выкинет. О тебе заботится больше, чем о себе… Даже смешно.

Мигающий значок резко остановился и исчез, не сменившись новым сообщением.

— Всем проблем создал, — снова повторил Сэл. — Даже мне с тобой возиться приходится.

Да я уже понял, лучший друг. Можешь не повторять.

— Ну раз уж вы со мной теперь возитесь, — я с досадой затолкал смартфон в карман, — может посоветуете, как выиграть спор?

— Так это очень просто, — отозвался он, расслабленно проворачивая руль. — Чтобы выиграть, тебе надо доказать, что большое количество людей полюбили кого-то напрасно. Чтобы они сами это поняли. И тогда, если тебе удастся обвалить чужое благословение, рай засчитает тебе победу.

Я на миг зажмурился, обдумывая его ответ. Логично: если благословение дает любовь и обожание, то их резкая потеря вполне способна его обвалить. Значит, люди должны понять, что любят и обожают кого-то незаслуженно — и я даже знал кого. В голове мгновенно всплыла ухмылка Карины М, умело продающей себя по мужским туалетам. Вот ее точно не за что обожать. Мне это очевидно. Правда, доказать я это должен не себе. А кому? И как? И где?..

Вспомнив совет Би, я открыл глаза и аккуратно потер значок, надеясь хоть на какую-то помощь. Однако ничего не изменилось: чертик все так же ухмылялся, а в голове было по-прежнему пусто. Я потер чуть сильнее, как тер медальон, когда нуждался в разговоре с Би. И снова ничего не произошло. Хотя, возможно, это и к лучшему — пускать в свои мозги хозяина значка мне не особо хотелось. Палец рассеянно провел по анимешной рожице. Может, с другой стороны инструкция? Я осторожно оттянул круглешок и заглянул за него. Однако на обороте была только острая булавка.

— А как попросить помощи? У него, — уточнил я, поправляя значок.

— Очень просто, — снова обнадежил меня Сэл.

Я повернул к нему голову и застыл, готовый слушать и запоминать.

— Разожги костер, возьми трех ритуальных куриц, отруби им головы, собери кровь…

С каждым ингредиентом мое лицо все больше вытягивалось. Взглянув на меня, Сэл расхохотался.