Книга В аду любят погорячее, страница 61 – Мэри Блум

— Да вы ее у меня почти забрали!

— Если бы я хотел, — невозмутимо отозвался Сэл, — уж поверь, я бы забрал.

Хохот вокруг моментально смолк. Однако теперь недавние зрители не просто заткнулись, как было с Люци, а вообще торопливо разошлись.

— А сюда лучше приходить сытым, — добавил Сэл.

Он демонстративно потянулся к бокалу, и тот исчез, как исчезал и у меня, а затем снова, как в издевку, появился.

— По крайней мере тем, кому не перепало благословение, — закончил Сэл.

Хорошо хоть, воздух не исчезал у тех, кому не перепало. Хотя лучше об этом здесь не думать — вдруг еще возьмут на вооружение.

— Да что все так носятся с этим благословением? — проворчал я, отворачиваясь от стола.

— Ты бы тоже носился, если бы хотел хоть чуточку больше, чем то, что у тебя уже есть, — с иронией заметил Сэл. — Благословение — это валюта успеха, а рай — биржа, на которой ее распределяют. Десять единиц в день — и ты всем нравишься, сотня — и тебя все обожают, тысяча — и тебе поклоняются… А здесь его раздают десятками, даже сотнями тысяч. Сегодня отсюда выйдут будущие звезды, идолы и кумиры, по которым будут сходить с ума миллионы. Такова сила благословения.

Слушая, я скользил взглядом по толпе, пока не уперся в небольшой кружок из темных пиджаков. В самом центре с каменным лицом стояла Лера, а рядом, пламенно размахивая руками, что-то вещала Люци, вероятно, убеждая всех, что ее подопечная — лучшая инвестиция.

— И зачем раю давать благословение фамильярам ада? — подмигнув Лере, спросил я.

— Ну тебе, например, никогда не дадут, — хмыкнул Сэл, — а остальным… Почему бы и нет? Считай, это бизнес. Берешь человека, которого любят и слушаются, даешь благословение, и его начинают любить и слушаться гораздо сильнее, а благословение процентом возвращается тебе, и ты можешь отдать его еще десяти таким же марионеткам. Понимаешь, к чему это ведет?

Конечно, это же базовый курс эконом теории. Все-таки в универе я не только трахался, но еще и учился. Становишься монополистом с кучей подставных однодневок.

— Гениальный бизнес, — съязвил я.

— Самая ирония, — отозвался Сэл, — что все это придумал я. Но пришлось оставить патент бывшему работодателю…

Разговор внезапно оборвался. Теперь Сэл куда-то внимательно смотрел. Повернув голову, я без особого труда заметил в толпе Би, говорящую с мальчишкой лет четырнадцати на вид. Казалось, младше здесь никого не было. Что, какая-нибудь сетевая звезда? Кумир школьников?.. Мимо них прошел официант с подносом, и, не отрываясь от разговора, Би легко подхватила бокал. Хрустальная ножка оказалась между ее пальцев — и не исчезла.

— А это как? — не понял я.

— А это еще одно доказательство, что они не всесильны, — отозвался Сэл, глядя на странную парочку так, словно ревновал к этому пацану. — Сколько ни пытались лишить ее благословения, не получается. Потому что оно у нее не от них.

Озадаченный, я осторожно показал пальцем вниз. Сэл покачал головой.

— Благословение создают не там и не там, — его палец ткнул вверх и вниз. — Оно зависит от вас. Она свое получает от всех людей, которые верят в самих себя, а таких не так уж и мало… Ну а тем, кому повезло меньше, приходят сюда и берут его за процент. Где этим заниматься, как не у Мами в гостях.

— И кто эта Мами?

— Во-первых, потише, ты тоже у нее в гостях. А во-вторых, что правда не знаешь? — он усмехнулся. — Впервые встречаю такого не любопытного фамильяра…