Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 455 – Мэри Блум

— Как же я это ненавижу… — сквозь дымку произнесла где-то совсем близко Би.

Вспомнив, что я еще здесь, я с трудом распахнул глаза — как раз чтобы увидеть, как она забралась на меня сверху с таким видом, будто собиралась делать искусственное дыхание — только не губами, а другим органом. Оставалось загадкой, когда она успела снять с себя брюки, когда стянула мои с меня и главное — когда успел подняться член. Я не чувствовал ни возбуждения, ни желания, а в следующую секунду, когда она оседлала меня, я не чувствовал уже вообще ничего: ни тяжести ее тела, ни прикосновений — эта булавка вытягивала из меня все.

— Тебе и видеть ничего не надо, — мягким тоном сказала Би. — Это не для тебя.

На глаза словно упала ширма, и мир мгновенно утонул в темноте. Хотя мои веки были все еще широко открыты, я уже не видел ничего из творящегося на мне. Зато перед глазами, чтобы занять мозг, побежали картинки — нарезки из лучших сексуальных воспоминаний, которые были в моей жизни. Саша, Майя, Алгон, Мила, Яна, Леся, даже девчонки из литклуба, причем сразу впятером… Все, с кем мне хоть раз было хорошо, стремительно проносились передо мной, как отрывки из эротических фильмов, в самых разных позах, дразня, отдаваясь, постанывая, кончая и просто улыбаясь мне — отвлекая от мысли, что прямо в этот самый момент меня трахает Би.

Я даже не мог сказать, что это такое переспать с суккубом — я абсолютно ничего не ощущал: ни одной части своего тела, ни даже единой клетки. Любое прикосновение, движение и толчок безраздельно уходили через эту булавку. Она напоминала антенну, ловящую и передающую волны, а я был лишь приложением к ней, проводом, по которому проходили сигналы, но при этом сам не получал ничего.

Если Сэл хотел просто ее поиметь, то способ был дьявольски изобретательным. Если же с ней он рассчитывал на что-то большее, то этот бессмертный демон — тот еще дурак.

Оргазм я не почувствовал, скорее понял, что он произошел — в какой-то момент картинки замелькали еще быстрее, пульсируя и подрагивая, готовые вот-вот рассыпаться на части. А потом на миг наступила глухая всепоглощающая чернота.

— Прости, малыш, — раздался голос Би в этой темноте, — это все равно не тебе.

Невидимая ширма, стоявшая между глазами и мозгом, внезапно спала, и я увидел, как Би, сидящая на мне, со смаком размахнулась. Свистя, ее ладонь пронеслась по воздуху и звонко залепила мне пощечину. Голова аж дернулась в сторону, чудом не отлетев, давая предположить, с какой силой она ударила. Однако боли я не почувствовал — боль, как и все ощущения, тоже ушла не мне.

Мой взгляд, немного затуманенный после всего этого мрака, зацепился за часы. В нижней чаше, куда должен был стекать песок, бушевал настоящий ураган, а уровень песка в верхней против всех законов физики поднимался — время текло назад. Когда последние поблескивающие песчинки убежали вверх, часы растворились в воздухе, а мое сердце продолжило биться — немного гулко, немного быстро, но в целом уверенно и благодарно.

Би встала с меня, и все ощущения разом вернулись, разве что кроме боли. Ее больше не было — ни от пинков, ни от игр с моими суставами — ничего не горело, не резало и даже не ныло. Мое тело сейчас казалось полностью обновленным, исцеленным ее близостью и прикосновениями. Секс с моей демоницей тянул на эликсир бессмертия. Хотя о том, что он только что был, уже ничего не напоминало. Все следы магическим образом исчезли, и мы оба снова были одеты.