Книга Маг народа 1: Академия красных магов, страница 169 – Мэри Блум

«Мало кто признается, но покров тесно связан с пятками. Потому что когда сердце уходит в пятки, вот тогда обычно и появляется покров, чтобы это самое сердце прикрыть… Поэтому если у тебя, начинающий воин, проблема с постановкой покрова, то ты либо бесстрашный, бессмертный и вообще не существуешь, либо ты хитрый жук, который выбирает для драки заведомо слабых противников. Совет на этот случай: связывайся с теми, кто сильнее тебя. Да, это страшно. Но это-то тебе и нужно! Без реальной опасности ты так и не поймешь, что такое покров. Когда же тебя прижмет по-настоящему, вот тогда-то он у тебя и получится…»

Однако что-то вчера на его практике, когда меня по-настоящему хотели поджарить, никакой покров не появился. Или это я сам не по-настоящему хотел его поставить? Все-таки некоторым воякам лучше воевать, а не книги писать.

Решив, что теории на утро уже достаточно, я отложил учебник — прямо поверх толстенной книжицы с ятями от Ковалевского, чье время еще не пришло (или уже ушло?). За окном шел мелкий дождь, капли стучали по подоконнику. Обнимая подушку, Генка мирно сопел на кровати напротив. Этим утром я решил дать ему отдохнуть — ему и так вчера на тренировке неслабо досталось от меня. Не став тормошить бедолагу, я поднялся, натянул спортивную форму и отправился на улицу размяться, а заодно и прочистить мозги.

В воздухе пахло свежестью, на кустах и деревьях ярко блестела листва. Намокшие желтые песчаные дорожки казались темными. Я вышел из-под козырька крыльца, и мелкие прохладные капли застучали по голове и плечам, приятно бодря. Подобные прогулки всегда неплохо освежали голову.

Пробежавшись по пустому тихому парку, где кроме меня сегодня не было ни души, я незаметно свернул к пруду, который видел в самый первый день. Большой и длинный, по форме он напоминал восьмерку, украшенную железным мостиком посередине. Здесь тоже царила тишина. Сизая дымка вольготно стелилась над водой, чуть захватывая витые перила. Однако за мостиком — там, где была скамейка — туман неожиданно становился гуще и плотнее, окутывая этот кусочек пространства как непроницаемое облако, словно надежно пряча ото всех. Приблизившись, я с любопытством шагнул прямо в него — и дождь мгновенно перестал колотить, будто меня накрыло зонтиком. А все, что до этого было скрыто, стало теперь отлично видно.

На скамейке с закрытыми глазами сидела Нина, выставив перед собой распахнутые ладони, с которых плавно клубился туман — словно слетая с кончиков ее пальцев, рождаясь с узора на ладонях. Я сделал шаг к ней, и она мгновенно распахнула глаза.

— Доброе утро, — улыбнулся я.

— Доброе утро, — отозвалась синеглазая красавица, внимательно и как-то даже удивленно рассматривая меня. — А как ты меня нашел?

Ее голос будто немного тонул в плотно окутывавшем нас облаке. Я подошел ближе и сел на скамейку рядом.

— А что, это так сложно?

— Раньше никто не находил, — синие глаза продолжали пытливо смотреть на меня.

— Туман плотнее.

— Туман плотнее… — задумчиво повторила Нина. — Не думала, что хоть кто-то может это заметить.

Пелена ее тумана, как тонкая стена, отгораживала мир от нас, а нас — от мира. Она приглушала даже звуки — капель дождя, бьющих по пруду и земле, здесь не было слышно. Новые клубы плавно слетали с девичьих ладоней и будто повисали в воздухе, делая дымку еще плотнее и пряча нас еще надежнее.