Книга Охота на жену, страница 106 – Юлия Гетта

Хочу свободно ходить по улицам, не боясь получить пулю в спину.

Едем очень медленно. Как же это бесит.

— Надави на газ, — обращаюсь я к водителю. И тот слушается, но на перёкрестке загорается красный, и мы снова стоим.

Мне не терпится попасть домой. Там Мышка. Ждёт свои таблетки. Которые я забыл купить. Но заезжать в аптеку уже не хочется, хочется поскорее увидеть Таню. Не могу долго на неё злиться. Особенно, когда понимаю, что любой наш секс может стать последним. Я ещё не насытился. Хочу любить её… Снова без гондона, как вчера. Это нереальный кайф.

Но мы пока не планируем заводить детей…

А почему бы не запланировать?

Карим как-то говорил, что пока не обзавёлся спиногрызами, был только наполовину человеком. Что дети меняют людей в лучшую сторону… Странно, блять, моих предков я что-то не особо изменил. Если только в худшую сторону. Хотя, наверное, я был так себе ребёнок. Хреновый.

Как бы там ни было, я стану лучшим отцом, чем был мой. У моего ребёнка будет всё. А Таня станет лучшей матерью.

Если я доживу, конечно.

Меня гложет нихуевое чувство вины. За то, что я втянул Мышку в свои проблемы. Ради какой-то тупой прихоти. Бешусь от этого на ровном месте. Мне реально похуй на себя, но если с Таней что-нибудь случится… Я себе такого проёба никогда не прощу.

Блять, что за мысли беспонтовые. Её круглосуточно охраняют, ничего с ней не случится. А если меня всё-таки вальнут, то на Мышку всем уже будет похуй. Я попросил Карима, чтобы позаботился о ней в случае чего…

Спустя мучительных полчаса наконец я дома. Взбегаю по лестнице на второй этаж, вламываюсь в Мышкину спальню без стука. Но там её нет. И сумка до сих пор валяется у порога, только молния на ней расстёгнута.

Под рёбрами копошится какое-то стрёмное предчувствие. Хочу быстрее увидеть её.

Спускаюсь вниз, заглядываю на кухню, методично обхожу весь дом, но Тани нигде нет.

Набираю её номер — телефон отключен.

Медленно закипая, звоню на охранный пункт.

— Алло, сегодня кто-нибудь кроме меня покидал дом?

— Роман приезжал, увёз девушку, — невозмутимо сообщает начальник охраны.

— Как, блять, увёз?

— Сказал, вы распорядились.

— Он охуел, что ли? — опешиваю я. — А вы какого хрена мне не позвонили⁈

— Так он же ваша правая рука…

В десятый раз набираю номер щегла, но тот по-прежнему не берёт трубку. У Тани телефон всё ещё отключён. Я уже всех обзвонил, кого можно и кого нельзя. Никто Рому не видел. Никто не знает, где он.

Меряю шагами Танину комнату. Уже вечер скоро.

Не понимаю нихрена, что происходит. Только чувствую — ничего хорошего. Затылок немеет от заползающих в башку трешовых предположений. Я не позволяю себе начать думать о них всерьёз. Всё ещё надеюсь на чудо. Что каким-то волшебным образом найдётся уважительная причина такому уебанскому поступку щегла. И мне не придётся сворачивать ему шею.

Без особой надежды делаю очередной дозвон, и вдруг вызов принимают.

— Алло, — доносится из динамика Ромкин голос, и меня едва не рвёт на части от поднимающегося из нутра бешенства, перемешанного с облегчением.

— Ты где, блять? — рычу я в трубку, с трудом сохраняя самообладание. — Где Таня?

— У меня не очень хорошие новости, Сыч.

— Что случилось?

— Танин ученик пострадал на пожаре, попал в больницу. Таня попросила меня отвезти её к нему. Я отвёз. А она сбежала.