Книга Две стороны Александрины, страница 187 – Наташа Эвс

— Наверное, мы оба испытываем такие чувства. Это награда за испытания. А ты этого достойна, и мне даже страшно, что я могу не дотянуть до того уровня, который должен соответствовать тебе.

— Пожалуйста, обними меня и больше ничего не говори, — сказала я, вытирая слезы с щек. — Просто обними, это так необыкновенно — чувствовать твою любовь.

Крепкие руки обвили меня, ограждая от невзгод и печалей, от страха и боли. Как же счастлива я была в тот момент! Чувствовать себя любимой это настоящее счастье.

— Доченька! — вдруг раздался голос отца. — Ты дома?

Я вздрогнула и, разжав объятия, направилась в прихожую, где, опуская дорожную сумку, мне устало улыбался отец.

— Папа! — обрадовалась я и кинулась к нему. — Папочка! Мой родненький! Как хорошо, что ты приехал!

— Сашенька, доченька, как ты тут? — спросил удивленный моим поведением отец. — Вы все в порядке? — словно недоумевал он, поглядывая на Константина за моей спиной.

— Доброе утро, Алексис, — поздоровался Костя. — Ваша дочь в целости и сохранности. Все хорошо.

— Все хорошо? — с неким подозрением переспросил отец. — Это закончилось?

— Да. Спасибо небесам, — подтвердил Константин.

Папа удивленно оглядел нас и, поцеловав меня в макушку, вздохнул:

— Как хорошо начинается день.

— Это еще не все новости, пап. — Я отошла и взяла Костю за руку. — Мы теперь вместе. Без этого человека не было бы меня, не было бы твоего внука и вообще никого. Я расскажу тебе все, и ты поймешь, как нам повезло, что рядом оказались такие люди, как отец Адриан, учитель Тоши и Костя. Это счастье. И мы все ощутили его сегодня.

Мои приключения по ту сторону стены закончились благополучно, мы снова с папой вместе, как в те редкие времена, когда он приезжал с рейса и жил дома неделю, а то и две. Но еще одна радость переполняла меня, такое событие бывает раз в жизни, по крайней мере, в моей жизни. Ко мне пришла настоящая любовь, и она взаимна. Этого чувства никогда не передать, его просто нужно пережить и пропустить через сердце.

На следующий день мы все собрались в гостиной нашего дома, чтобы вспомнить прожитые события.

— Когда ты стал называть Александрину «моя королева», я подумал, плохо дело, — признался учитель Константину. — Тебя всегда было тяжело понять, ты ведь каменный, упертый и сам в себе, а тут твое странное затворничество, побеги в астрал, королевское признание…

— Так было нужно, — качнул головой Костя. — То, что я задумал, должно было быть скрыто от всех, иначе каждый из древних легко прочел бы мой план через любого из вас. А это значит провал надежды. Я видел, что мы проигрываем и искал пути, которые дадут нам подняться над врагами. Подобный план был описан в колдовской книге, я заметил его, когда работал над переводом. Мне было нелегко решиться на это, ведь есть масса опасностей, но пришлось делать вид, что я выбрал их сторону.

— Я плохо понял, как сработал твой план с привязкой Ментора. Но ты меня очень удивил.

— Все просто, решающим элементом стала жадность Морока к обладанию душой, я на это и рассчитывал. Если бы он не заинтересовался, мой план бы провалился. Этот древний все время закрывал свои потоки от остальных, что было мне на руку, ведь через открытый поток меня могли раскусить его менее эмоциональные братья. Чтобы иметь власть над духом тьмы, нужно дать ему что-то дорогое, опередив все это специальными действиями, и в тот момент, когда он возьмет — сработает привязка. Я просто обманул Ментора, действуя его же методами, предложил ему то, от чего он не сможет отказаться. И это сработало. Он думал, что становится обладателем души Александрины через ее слезы, а на самом деле он сдал себя в обладание мне, приняв мое приношение.