Книга Обратники, страница 162 – Наташа Эвс

Мия повернулась и стала смотреть на меня. Сначала она молчала, погружая в пучину двух синих океанов, а потом вдруг взяла за руку и сказала:

— Я ничего не чувствую. Как мертвец не может ответить взаимностью, так же я не способна. Прости.

Когда теплые пальцы отпустили мою ладонь, мне показалось, что разорвался поток жизни. Я бы восстановил соединение и взял Мию за руку, но понял, что она ограждается. По какой-то причине не подпускает близко.

— Мне это знакомо. Но не сравнивай себя с мертвецом, — покачал я головой, сцепив ладони между собой, чтобы избежать искушения нарушить границу. — Ты живой человек. И ты добрая, не обманывай меня, не забывай, мне теперь доступны разные способы дознания. Я вижу тебя. Чувствую тебя…

— Остановись, Марк, — сухо перебила Мия, глядя на ладонь, в которой сжимала кролика. — Иначе у нас с тобой закончатся любые отношения. Ты изменился. Моя сущность неизменна. Не подходи ко мне близко, пострадаешь.

Я почувствовал, как ледяная корка больно сжимает сердце, это так трудно, такое невыносимое ощущение… Оно новое, ничего подобного мне не приходилось встречать.

Мы долго молчали. Наверное, об одном, но наши сердца были в разных мирах. И это ранило.

Мне очень хотелось прикоснуться к шелковистым светлым волосам, ощутить тепло ее ладони, но из всего доступно было лишь находиться рядом.

— Я не смогу без тебя, Мия. Теперь не смогу.

— Ты не останешься без меня. Я обещала быть с тобой до конца и сдержу обещание. Но это не одно и то же с тем, чего хочешь ты. Прошу, не переходи грань.

Я оглядел сгорбленную тонкую фигурку и вздохнул:

— Постараюсь. У меня ведь нет другого выхода.

В этот раз у нас не получилось поговорить, как обычно бывало. Наверное, я все испортил, выкатывая свои новые чувства на обозрение.

Что происходит? Словно кто-то навязал мне чужеродные ощущения. Что с этим делать? В мою пустую черно-белую душу залили цветные краски, они не подходят мне, но как же отделить их от себя?

Неужели так у всех?

Весь день я проскитался, словно заблудившийся путник в пустыне. Новые чувства совершенно сбили с толку, они отвлекали меня от составления плана, рассеивали мысли и вообще, делали меня каким-то другим. Пару раз я ощущал внушительный зов Алых Врат, но был настолько растерян, что смог легко отмахнуться от этой тяги.

Наутро мне предстояло отплывать на материк и хотелось попрощаться с Мией до наступления ночи, потому что расстаться на такой ноте было неприятно.

Моей напарницы в комнате не оказалось. Через внутреннее зрение она нашлась на уличной территории института в обществе моего родственника.

Увидев меня, Валентин резко сменил выражение лица на благожелательное:

— Марк, дорогой, ты подготовился к поездке?

Я постарался улыбнуться и кивнул:

— Да, все готово. Хотелось бы поговорить с Мией.

— О, конечно, — словно спохватился Валентин. — Оставлю вас.

Когда стук его каблуков стих, я оглядел Мию.

— Что он хотел от тебя?

— Ничего. Ничего нового. Его план стабилен.

— Мне показалось, его тон был не очень дружелюбным. Он что, все еще хочет…

— Марк… — остановила Мия, закрыв глаза. — Прошу тебя, давай не будем погружаться в это. Мне тяжело.

Состояние моей напарницы вызывало тревогу, ее обвил тугой обруч, и максимальное напряжение указывало на грань, которую переходить нельзя.