Книга Безжалостный. Подчиню себе, страница 58 – Юля Гром

Девка на видео, в точности похожая на Аню, извивается, страстно облизывает губы. Волосы, брови, родинки. Как будто близнецы.

Ее сестра не подошла бы на роль двойника, она не точная копия. Я бы увидел различия. Да и не пошла бы она на такое. По характеру сучка, но слишком трусливая для такого.

Не думаю, что они взяли какую-нибудь девчонку и перекроили ей лицо. Много возни, да и не будет стопроцентного сходства.

Я снова вглядываюсь в экран, замедляю скорость. Ищу хоть какие-то различия. Но все бесполезно.

Не замечаю, как сигарета догорает до фильтра и обжигает пальцы. Я наливаю виски и останавливаю запись. Уже тошнит от нее.

На экране застывает перекошенное от страсти лицо мужика, по которому хочется заехать кулаком.

Девушка упирается руками в стену. Я снова разглядываю каждую деталь. Кольцо, браслет, часы, татуировка на запястье.

Отодвигаю со злостью ноутбук и резко встаю.

Открываю окно, чтобы заполнить кабинет прохладным воздухом, и закуриваю вторую сигарету.

Задев рукой татуировку, морщусь от боли.

В этот момент мысль, как назойливая муха, крутится в голове, но я никак не могу схватить ее. Татуировка…

Через несколько секунд в груди взрывается бомба и разносит все в клочья.

Татуировка, блять.

Я выбрасываю сигарету и мчусь на поиски Анны.

— Где ты? — кричу на весь дом.

Сердце долбит в сумасшедшем ритме.

— Аня, — стекла вибрируют от моего крика.

— Что случилось? — выходит из кухни с испуганным лицом.

— Когда мы делали тебе татуировку? — сжимаю ее запястье и подношу к лицу. Наверное, я сейчас похож на сумасшедшего и пугаю жену, но я должен удостовериться.

— Ай. Мне больно, — морщится и отдергивает руку.

— Прости. Вспомни, Анют.

— После приема в ресторане. А в чем дело?

— Это точно? Тот самый прием, на котором ты якобы изменила мне?

— Да, — кивает и морщится от неприятных слов. — Мы с тобой сбежали раньше всех. Гуляли по городу. Увидели тату-салон и решили сделать парные татуировки. Мастер уже собирался уходить домой, но ты ему заплатил в тройном размере.

— Значит, в ресторане ты была без тату?

— Конечно.

— Видео снимали позже, а обставили так, как будто в тот вечер ты трахалась в одной из подсобок с другим мужиком. Они не знали, что на вечере у тебя еще не было татуировки.

— Значит, теперь ты уверен в моей невиновности?

— Анют, я давно подозревал, что меня обвели вокруг пальца. Я пытался найти доказательства, но они лежали на поверхности.

Проводит пальцем по моему запястью. Обводит каждую букву татуировки, а потом прижимается губами.

От горячих губ разливается тепло по всему телу.

— Мне должно быть легче. Теперь я официально невиновна, но почему-то на душе еще хуже стало, — усмехаюсь с горечью.

Освобождаю руку из сильного захвата Клима и отхожу к окну. Не могу я сейчас радоваться. Как подумаю, что мы не смогли сохранить наше счастье, так хочется реветь. Кто-то играючи разрушил нашу жизнь, а мы не сопротивлялись.

— Мне тоже, — хриплый голос царапает нервы. — Пиздец, как хреново.

Клим подходит со спины, обнимает так крепко, что тело начинает ломить.

Молчание длится вечность. Арес утыкается носом в мои волосы, не двигается, лишь часто дышит.

Вот и все, я не виновата. Мое честное имя восстановлено, и теперь ни один не сможет назвать меня шлюхой за спиной. Я могу ходить по городу с гордо поднятой головой и не стыдиться.