Книга Гордость и предупреждение, страница 132 – Любовь Левшинова

— Это еще почему? – изумилась Дрейк.

— Ева спрашивает, буду ли я на следующей неделе на вечеринке, – ухмыльнулся он, показывая эсэмэску на телефоне.

Отчего-то стало обидно. Непонятно почему. Вероятно, ревность к вниманию. Она сегодня – его напарник. Она с ним проходит через огонь и воду. Он должен думать только о ней.

Но Дрейк не бывает жертвой. Только соперником.

— Вертинский, не будь чрезмерно самоуверенным – это тебе не к лицу, – хмыкнула она, печатая сообщение, после чего показала его Крису.

Кому: Надя-Солнце

— Либо я победительница, либо игра еще не окончена, Крис. – Она села в машину, когда Вертинский открыл перед ней дверь.

Дрейк незаметно вздохнула. Настроение: заваривать «Доширак» водкой.

Все вокруг вмиг перестало иметь значение. Спор, благотворительный вечер, даже Крис. Татум по инерции «бей или беги» написала Наде. Сейчас было плевать, даже если Крис Еву, предмет их спора, замуж позовет.

Дрейк этого не планировала. Но забитый саморез держится лучше, чем вкрученный гвоздь. Вот и ее прошлое, вопреки всем правилам, врезалось в будни безжалостно, вместе с лицемерным «детка» от Святослава.

Она обязана выяснить, что ему известно. Иначе тревога проест ее до костей. Он знает о Люке. Но что? В этой истории, как в аду Данте, есть свои уровни грехов. И знакомство с парнем уже после потери памяти – лишь верхний из них.

Что, если он знает о Викторе? А если о Штат? Как глубоко эта красивая, скользкая змея проникла в ее биографию?

Ужасающая пляска паники в организме отключала слух: Крис что-то весело щебетал рядом, пока Татум тонула в отчаянии, кивая невпопад.

Как излишек масла гасит огонь, так излишек ощущений гасил мысли Дрейк. Она почувствовала себя выброшенной из жизни на обочину своего прошлого и не знала, где взять силы проснуться завтра.

Одно горе проходит сквозь тебя, другое застревает внутри. В Дрейк застряла она сама. И то, что сделала своими руками.

В сегодняшнем бокале шампанского растворилась ее честь. И Святослав это заметил. Сделал предупредительный выстрел.

Татум выпрямилась. Очередной раз кивнула на реплику Криса. И решила: если это будет война… ужасающая, беспощадная и бессмысленная… она вернет себя прошлую. И первой возьмет оружие.

Потому что главную битву с собой она давно проиграла. Терять уже нечего.

Залп.

Конец первой части

Маме. Моему личному экзистенциалисту, который верил в меня так, как не верил никогда и никто. С самого первого рассказа: «Это хорошо, продолжай!» Уже тогда ты смогла увидеть в моих текстах искру, которую я разжигала, пока не взяла вершину под названием «роман». Спасибо тебе за то, что заставляла меня в детстве читать и помогла полюбить книги. Спасибо за то, что читала мои работы. Спасибо за твою психологическую оценку персонажей, советы. Спасибо за то, что ни на секунду не переставала в меня верить. Спасибо, что делала это не слепо, а честно говорила, где есть провисания. И за то, что продолжаешь меня поддерживать крепко, яростно, без оправданий и оговорок, когда я иду к тебе в минуты сомнений. Спасибо тебе за силу и самую большую любовь в моей жизни.

Папе. Благодарю тебя за пример масштабной личности, за обучение делать выводы. За самый полезный писательский совет: «Убирай союзы». За то, что показал мне горизонты.