Книга Там, где мы настоящие, страница 266 – Инма Рубиалес

План теперь такой: провести здесь еще три дня с Лией и Логаном, а потом вернуться в Финляндию. Я хочу воспользоваться моментом, чтобы показать Коннору город и забрать кое-что из того, что оставила здесь, когда уезжала: часть одежды и свою старую камеру, помимо прочего. Мы бы с удовольствием продлили наш визит, но я не могла взять больше выходных на работе, а Коннор очень занят на стажировке. Я рада, что он в итоге согласился на нее. Он многое узнаёт о том, что такое «журналистика изнутри», как он сам говорит, и довольно хорошо сработался с командой, которая учла некоторые его предложения, так что он надеется, что через пару месяцев его наймут на работу. Держим за него кулачки.

Что касается меня, я продолжаю вести занятия в академии. Это дает мне стабильный доход, а заодно позволяет каждый день видеться с Норой и Нико. Хотя я все еще не оставляю мысли когда-нибудь открыть собственную фотостудию. Это будет мое маленькое дело. Я уже начинаю его планировать.

— Как дела с квартирой? – интересуется Лия.

— Довольно неплохо. Мы уже не спим на полу. И закончили с кухней и ванной.

Примерно три месяца назад мы с Коннором наконец нашли квартиру, куда могли переехать вместе. В Тампере ничего подходящего по бюджету и требованиям не нашлось, так что в итоге мы сняли жилье на окраине Нокии, чтобы быть ближе к его родителям. Коннор каждый день ездит на стажировку. И мы живем в окружении природы и спокойствия, как он и мечтал.

Нам досталась квартира без мебели, и сначала я боялась, что это обернется настоящей головной болью, но теперь я чувствую, что в таком виде она гораздо больше наша, поэтому не могу жаловаться. Было много месяцев тревог и стресса, но мы с Коннором – отличная команда. Мне нравится результат.

— А что с гостиной? – спрашивает Лия.

— Мы договорились, что я займусь ее оформлением, хотя Коннор хочет, чтобы я оставила ему одну стену.

— Мою стену, – заявляет упомянутый, вклиниваясь в разговор. Он поднимает свободную руку, чтобы придать своим словам больше веса.

Лия сдерживает улыбку.

— Его стену?

— Он хочет оформить целую стену на свой вкус.

— Я собираюсь покрасить ее в фиолетовый, – сообщает он ей, не скрывая гордости.

— Ты не будешь красить ее в фиолетовый, – твердо заявляю я.

— Или в зеленый. – Коннор притворяется, что не слышит меня.

— А как насчет кислотно-оранжевого? – предлагает Логан.

— Зачем выбирать? Я покрашу ее во все три цвета.

Я закатываю глаза. Рядом со мной Лия покатывается со смеху. Очевидно, Коннор просто блефует. Он самый аккуратный человек, которого я знаю. Его бесит малейший визуальный шум в комнате. Он не станет красить стену в какой-нибудь дикий цвет. Ему просто нравится меня доставать.

— Она, кажется, разозлилась, – комментирует Логан, кивая в мою сторону.

— Мэйв не нравится, что я хочу развивать свою креативность, – отвечает Коннор. Затем он издает наигранный вздох. – Знаешь, чувак, я все еще привыкаю к этой жизни в паре. Я больше не чувствую себя собой. Я отказался от своей индивидуальности. Моей личности больше не существует. Трудно вести такой новый образ жизни.

— Какой же он болван, – шепчет мне Лия на ухо, забавляясь.

— Ты даже не представляешь, – отвечаю я.

Коннор по-прежнему лежит на кушетке. Хотя он не может меня видеть, он наверняка представляет, какое у меня сейчас лицо, потому что уголки его губ подергивает насмешливая улыбка.