Книга Там, где мы настоящие, страница 105 – Инма Рубиалес

Я сглатываю. Нет никаких сомнений, кого он имеет в виду под этим «могут».

— Тут нечего понимать неправильно.

— Может, и так, но я впервые в жизни пытаюсь быть хорошим братом. Послушай меня и уходи, пока он не увидел.

Почему-то мне не хочется спорить. Я встаю с кровати и уже в дверях решаю обернуться.

— Знаешь, ты не такой уж плохой парень, как думаешь.

— Бывают моменты, – только и отвечает он. И тут на его лице появляется улыбка. – А теперь будь умницей и прикрой за собой дверь.

— Придурок.

— Чуть меньше, чем вчера, но больше, чем завтра. Заметь, я хотя бы не назвал тебя деткой.

Я со смехом закатываю глаза. Кажется, уже выходя, я слышу его тихий смешок. Теперь я отчетливо различаю голоса ребят из гостиной. Маркус громко хохочет над какой-то шуткой Коннора. Собираюсь подняться к себе, чтобы не мешать им, как вдруг телефон вибрирует.

Достаю его, чтобы прочитать сообщение, и реальность всей своей тяжестью обрушивается на меня. Неважно, как сильно я привяжусь к этому месту. Неважно, что я заблокировала Майка, что не читала ни одного его сообщения, что пыталась оставить в прошлом нашу жизнь в Майами.

Как бы я ни старалась, мне не убежать от того, кем мы были.

Не убежать от Майка.

И не убежать от отца.

Папа

Майк сказал, что ты почти месяц не появляешься в своей квартире в Портленде.

Я хочу знать, где ты.

Позвони мне. Сейчас же.

Мэйв

На следующее утро Нора, как и обещала, договаривается для меня о собеседовании со своей начальницей, и та заключает, что я идеально подхожу на эту должность. Подозреваю, что ее решение больше связано с нехваткой носителей языка в округе, чем с моим преподавательским талантом, но в тот же день она предлагает мне работу на полставки. И поскольку я в не менее отчаянном положении, соглашаюсь. Я не могу пользоваться своими картами, если не хочу, чтобы отец выследил меня, поэтому открываю счет в местном банке для перевода зарплаты. Спустя несколько часов я уже подписываю контракт с языковой школой.

Так я становлюсь преподавателем.

Для десятилетних детей.

Которые, вне всяких сомнений, хуже шестилетних.

— Хочешь, я заеду за тобой? Мне нужно кое-что купить в городе.

Пытаюсь зажать телефон между плечом и щекой, параллельно слушая Джона. Сегодня мой пятый рабочий день, занятия закончились полчаса назад, а на столе полный хаос: повсюду разбросаны карандаши, карточки и учебные материалы. Надо было быть умнее и купить папку. Или лучше шесть.

— Может, через полчаса? Мне нужно тут кое-что закончить. И если скинешь мне список покупок, смогу сразу зайти в супермаркет и начать закупаться.

Я жду в тишине и молюсь, чтобы он не заподозрил подвох и просто согласился.

К счастью, это сработало.

Спустя какое-то время я свыкаюсь с необходимостью запихнуть всю кипу бумаг в сумку и выхожу из школы. Изначально я собиралась поработать подольше и сесть на последний автобус до Сарколы, но от предложения поехать на машине слишком сложно отказаться. Тем более что впереди все выходные, и я успею подготовиться к следующим занятиям. А то сейчас только первая неделя, а я уже на пределе. Я и представить не могла, что работа преподавателя – пусть даже простого ассистента по разговорной практике – потребует такой самоотдачи. С момента, как я приступила, не было ни дня, чтобы я не засиживалась допоздна, выискивая задания в интернете, систематизируя их, а затем распечатывая на карточках. И это еще легкая часть. Хорошо хоть, что во время уроков в классе почти всегда есть другой учитель. Я все еще учусь находить подход к ученикам. Большинство из них – просто чудо, но есть и любители покрасоваться и поставить меня в неловкое положение. Они, конечно, не решаются перебивать или проявлять неуважение, но… пошутить любят. Вот, например, на днях я спросила одного из них о его любимом животном, а он ответил dick (член) вместо duck (утка). Весь класс разразился хохотом. Ребенок сразу же извинился и заверил меня, что это была глупая ошибка, но его озорной взгляд выдавал – он прекрасно понимал, что делает.