Книга Шелковый хаос, страница 64 – Фэя Моран

На секунду у меня сжалось сердце.

Надеясь, что это никак не отразилось на моем лице, я приподняла бровь, постаравшись вернуть голосу прежнюю ледяную уверенность, хотя в груди неприятно ныло.

— Настоящая я? Я никогда и не притворялась.

Пальцы Деймоса чуть сильнее сжали запястье. Меня едва не тошнило от ужаса того, за что именно он держался и при этом смотрел на меня так пристально, словно пытался разглядеть за моими глазами те самые руины, о которых я никогда не говорила вслух.

— Твое лицо… на секунду оно перестало быть маской, – тихо произнес он, игнорируя мой ответ. – Ты выглядела так, будто я тебя ударил.

Я попыталась высвободить руку, но он мягко потянул меня к себе еще ближе. В воздухе между нами застыло напряжение.

— Мой долг – быть твоей головой, – напомнила я, глядя ему в глаза. – А не твоим психотерапевтом. Отпусти.

— Ты так боишься быть человеком, Хаос? – Он почти печально улыбнулся. – Боишься, что если почувствуешь хоть каплю привязанности, то твоя идеальная стратегия рассыплется в прах?

И внезапно Деймос резким, но удивительно бережным движением притянул меня к себе, окончательно стирая те немногие сантиметры, что нас разделяли.

— Тебе просто нужны обнимашки.

Его руки сомкнулись у меня на лопатках.

Я замерла. Мое тело, привыкшее к дисциплине и дистанции, на мгновение превратилось в кусок льда. Я никогда еще не подпускала к себе чужих так близко. Холод был моей броней, моим способом не впускать никого внутрь меня.

Но Деймос был теплым. Даже горячим. Его волосы коснулись моего виска, и я почувствовала запах можжевельника и апельсина.

И вдруг в груди что-то шевельнулось. Это не было похоже на страх или гнев. На секунду мне захотелось не бороться, а просто закрыть глаза. Но разум среагировал быстрее, чем я успела осознать это.

Я резко уперлась ладонями в его грудь и с силой оттолкнула от себя. Деймос не ожидал такого отпора и слегка отлетел на шаг назад.

— Не смей, – выдохнула я, и мой голос, к ужасу, слегка дрогнул. – Не смей играть в близость, Деймос. Мы здесь не для этого.

Я лихорадочно поправила воротник, чувствуя, как горят от ярости на саму себя щеки. И снова надела маску, которая теперь казалась мне тяжелее, чем обычно.

— Твое сердце сделает нас уязвимыми. Обнимай Инес, если тебе так нужно тепло. Мамочку и папочку. А со мной тебе придется довольствоваться только моими советами и моим присутствием.

Деймос стоял неподвижно, его светлые глаза потемнели, став похожими на грозовое небо.

Не дав ему и шанса на какой-либо ответ, я развернулась и почти выбежала из комнаты. Только лишь оказавшись в пустом коридоре под осуждающими взглядами его предков, я позволила себе глубоко вдохнуть.

На правом запястье все еще горел след от его пальцев, а внутри пульсировало эхо того странного и незнакомого мне ранее тепла.

Деймос

Мои попытки хотя бы немного подружиться с этой ледяной стервой снова потерпели поражение.

Дверь за Анархией захлопнулась с таким дребезгом, что стены всего дома затряслись. Я остался стоять посреди комнаты, все еще чувствуя ее отторжение. Она была как кусок мрамора, который я по ошибке принял за живого человека. И меня выводило из себя это высокомерие. Ужасно.

Я посмотрел на свои ладони, словно на них мог остаться след от прикосновения к ней и бешеная пульсация сердца Анархии, которую успел перехватить, когда обнял ее. Тело не умеет лгать так виртуозно, как это делает ее язык.