Книга Шелковый хаос, страница 167 – Фэя Моран

Анархия

— Что это все значит? – спросил Ригас, переградив мне путь, когда я обернулась и хотела уже идти к выходу. – Почему ты не сказала, что выяснила, кто был организатором?

— Не сейчас, – выдала я сухо.

И сделала всего один шаг, как задержалась на пороге, заметив Инес на лестнице. Она сидела на предпоследней ступеньке, устремив заплаканный взгляд в пол перед собой.

— Иди, – сказала я Ригасу, – я подойду позже. И все объясню.

Он посмотрел за мое плечо и, все поняв, кивнул. Парни исчезли на улице, сходу выдавая команды своим Аймам, с которыми и приехали.

Я подошла к Инес и села рядом. Не сказать, что я умела поддерживать или утешать, но сейчас, глядя на эту несчастную девчонку, мне больше всего хотелось это сделать. Хотя бы попытаться.

— Инес, если ты…

Она вдруг хрипло перебила меня:

— Это моя вина. Деймаки чуть не умер из-за меня…

Я прочистила горло.

— Ты не виновата.

— Мне не нужно было говорить об этом… Ведь и Димитрис просил меня никому не рассказывать о наших отношениях. До того, как он придумает, как нам можно будет не скрываться и быть вместе.

Я горько усмехнулась. Сомневаюсь, что дело было в этом.

— Так значит, – снова начала я, – вы давно встречаетесь?

— Да. Уже пять месяцев.

В горле пересохло, а легкие на секунду забыли, как делать вдох.

Пять чертовых месяцев?

Мой мозг судорожно пытался сопоставить эти слова с реальностью.

Димитрис… Человек, который был бессменным Цербером моего отца. Мой наставник, вбивавший в меня правила нашего жестокого мира, учивший меня стрелять, просчитывать ходы и никогда не доверять эмоциям. Прожженный, холодный, расчетливый мужчина, у которого вместо нервов всегда были стальные тросы.

И Инес. Наивная, домашняя, мягкая девушка, которую всегда прятали от грязи мафиозных разборок за высокими заборами и тонированными стеклами.

И мысль о том, что мой суровый, прагматичный друг все это время тайно прикасался к этой хрупкой девчонке, вызывала иррациональный диссонанс.

Но шокировало даже не это.

Меня накрыло осознанием масштаба его лжи. Пять месяцев. Сто пятьдесят дней Димитрис искусно водил всех за нос, а потом шел и спал с младшей сестрой наследника Дома Зевса.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как от этого открытия по спине пробежал неприятный холодок.

— Что ж… – произнесла я, вглядываясь в заплаканное лицо Инес. Мой голос прозвучал глухо. – И как, черт возьми, вам удавалось скрывать это так долго? Инес… он ведь Цербер моего отца. Как это вообще началось?

Инес опустила взгляд, нервно теребя край своего рукава.

— Это вышло случайно. Помнишь ноябрьский прием? Когда твой отец приехал, чтобы присутствовать на подписании какого-то там соглашения… Честно, я не разбираюсь в папиных делах.

Я нахмурилась, мысленно возвращаясь в тот вечер. Он был напряженным. Вилла кишела вооруженными людьми, атмосфера искрила… Демид Аргир подписывал соглашение на передачу одной территории под руководство моего отца. Я присутствовала на том вечере вместе с Димитрисом в качестве части охраны: это была очередная моя тренировка.

— В тот вечер папа был невыносим, – продолжила Инес, шмыгнув носом. – Приставил ко мне троих амбалов. Мне нельзя было ни с кем говорить, нельзя было даже выпить шампанского. Мне нужно было сбежать от его гиперопеки хотя бы на пять минут… И я спряталась на террасе на втором этаже. Просто сидела на полу и смотрела на звезды. А потом вдруг услышала голос.