Книга Обольстительный пират, страница 124 – Минерва Спенсер

Кричал от боли опять здоровяк, державший Люсьена. Судя по тому, что держался он за свой пах, Люсьен хорошенько врезал ему между ног бумерангом, который все еще держал в руках. Только благодаря тому, что у державшего их здоровяка было всего две руки, Ричарду удалось его ударить. Мальчик собирался повторить, и, видимо, опять попал в пах, судя по тому, что великан отпустил его руку и согнулся в три погибели.

— Беги, родной! — завопила Дафна, застав всех врасплох оглушительным криком. — Беги!

Тот побежал, но ей казалось, что слишком медленно. Она извернулась в руках у нападавшего и увидела, как Люсьен пинает здоровяка, который каким-то образом отобрал у него бумеранг.

— Беги, Лю! Позови Ровену! — Голос сорвался, и она захрипела, ощутив, как ей сдавили локтем шею.

Как раз в эту минуту из-за деревьев выскочила Ровена, у которой при виде открывшегося зрелища глаза полезли на лоб. Дафна не могла крикнуть горничной, чтобы уносила ноги, но мальчишки в кои-то веки послушались материнского приказа и бросились наутек.

Тот, кто все еще стоял, согнувшись в три погибели, возле экипажа, крикнул напарнику неестественно тонким голосом:

— Надо выбираться отсюда! Сидни, тащи эту суку: он сказал, что за нее больше дадут.

Не разжимая локтя, тот потащил Дафну к экипажу.

— Нет! — раздалось откуда-то из-за спины, а затем — яростный вопль.

В следующую секунду тот, кто ее держал, словно споткнулся и хрюкнул, прежде чем обернуться, сжимая ей шею с такой силой, что у нее глаза полезли из орбит.

— Эй! Остынь, дорогуша! — Голос у него был скорее растерянный, чем сердитый.

— Отпусти! Ее! Сейчас же! — скомандовала Ровена, сопровождая каждое слово пинком.

— Отвяжись, старушенция!

Видимо, он решил, что старая женщина не опасна, как бы она его ни раздражала, и попытался подойти к карете. Дафна услышала звуки борьбы, но ничего не могла предпринять, потому что хватка здоровяка нисколько не ослабевала, как Ровена ни пыталась с ним совладать. Какое-то время было слышно лишь возню и сопение, потом раздался вопль, за ним — душераздирающий жуткий хруст и, наконец, глухой удар о землю. Силясь вдохнуть, Дафна не видела ничего, кроме неба, в глазах потемнело. Она начала терять сознание, когда на голову ей накинули что-то тяжелое — шерстяную накидку? Сильные руки ее подняли и куда-то швырнули. Она приземлилась на что-то мягкое и услышала звук закрываемой дверцы. Экипаж тронулся, и она, не удержавшись, упала и обо что-то ударилась головой.

Последним, что она услышала, погружаясь во тьму, были крики:

— Мама! Мама!

Хью бросил поводья Паши груму.

— Больше он мне сегодня не понадобится, Уилкинс.

Возможно, ему повезет и у Дафны не окажется никаких срочных дел — тогда они смогут вместе поужинать, а если все сложится совсем благоприятно, можно сразу приступить к десерту. Он взбежал на крыльцо, перепрыгивая через две ступеньки, и, бросив шляпу и перчатки лакею у входа, спросил:

— Леди Дейвенпорт дома?

— Нет, милорд. Она взяла молодых господ на прогулку в парк и все еще не вернулась.

— Когда вернется, передай ей, что я жду ее в библиотеке.

Усевшись за стол, Хью достал бумагу, за которой ездил: специальное разрешение, и разложил на столе, вспоминая утреннюю встречу.

Он не слишком рвался поговорить с леди Летицией после вчерашнего, но должен был признать, что разговор прошел лучше, чем он рассчитывал.