Книга Обольстительный пират, страница 111 – Минерва Спенсер

— А потом появилась Мия.

Дафна кивнула:

— Да, это было… непросто.

Хью со смешком опять притянул ее к себе:

— Предположу, что вам хотелось меня убить.

— Только покалечить. Слегка. — Дафна, хоть и не без труда, немного отстранилась. — Мне не нужно время на размышление. Уверена, ваше присутствие перевесит всякий позор, который может пасть на меня и моих сыновей. Мне не нужен никто другой.

Под конец этого эмоционального монолога ее лицо так пылало, что она чудом не лишилась чувств, а Хью, запрокинув голову, оглушительно расхохотался, прежде чем до боли стиснуть ее в объятиях.

— Я солгал, когда сказал, что дам вам время на раздумья. — Он говорил ей в макушку, и его слова громыхали точно валуны при камнепаде. — И я покалечу любого, кто посмеет хотя бы взглянуть на вас. Видите, какого деспотичного мерзавца вы готовы взять в мужья? Если бы вы не согласились, я бы силой забрал вас к себе на корабль и ублажал до тех пор, пока не смените гнев на милость.

Дафна уткнулась лицом ему в грудь, с наслаждением вдыхая опьяняющий запах.

— У вас есть прекрасная возможность именно так и поступить.

— Дафна! — поперхнулся Хью. — Какая вы, оказывается, порочная — и как я это одобряю. — Высвободившись из ее объятий, он отодвинулся. — Мы, кажется, еще не закончили. Вы не раз выражали опасения по поводу моей… любвеобильной натуры. — Его губы изогнулись в лукавой улыбке, и он поцеловал ей руку. — Спрашивайте у меня что хотите. Между нами не будет никаких секретов — по крайней мере таких, что могут заставить вас пожалеть о принятом решении. Это ваш последний шанс, миледи. Когда вы станете моей, пути назад не будет.

У Дафны пересохло во рту от его собственнического взгляда, но она заставила себя успокоиться, чтобы наконец задать все те вопросы, что мучили ее со дня возвращения Хью.

— Вы упомянули, что уедете.

Улыбка сползла у него с лица, и Дафна почувствовала, что он борется с собой.

— Да, мне придется время от времени уезжать.

Это был не тот ответ, на который она надеялась.

— Вы подолгу будете отсутствовать?

Хью помедлил:

— Постараюсь возвращаться как можно скорее.

— Вы всегда будете возвращаться?

— Я всегда буду возвращаться.

— Вы будете уезжать… часто?

Хью погладил ее по руке:

— Надеюсь, что нет.

Ответы ее не удовлетворили, но не могла же она требовать, чтобы он навсегда изменил ради нее свою жизнь. Она бы не хотела совсем измениться ради него. Они смогут об этом поговорить — подробно, но как-нибудь потом. А пока…

— Что еще? — проговорил Хью.

— У вас было много любовниц. — Голос сорвался на последнем слове, и Дафна сжала зубы, жалея, что решила говорить напрямик.

— Да, это правда.

Ее реакция была примитивной: яростный, отчаянный приступ ревности, сильнее всего, что она когда-нибудь испытывала, за исключением ее любви к сыновьям и теперь к Хью. Она сглотнула. Да, любви. Не увлечения, не похоти — ну, частично и похоти тоже, — но любви. Она любила его и понимала, что лучше не затрагивать эту болезненную тему, но та часть сознания, которая подчинялась только разуму, требовала большего.

— Как вы можете знать, что меня вам будет достаточно, Хью? Жизнь со мной будет не очень увлекательной. Я люблю книги, а не балы.

Хью до боли сжал ее руки.

— Именно потому, что изведал так много, я знаю, чего хочу. — В его глазу не было и тени веселья. — Я знал других женщин — очень многих, — но у меня еще никогда не возникало желания провести с кем-то остаток жизни или обзавестись детьми. До вас.