Онлайн книга «Искатель, 2008 № 10»
|
— Ага... а я тут, за время вашего отсутствия, тоже кое-какие оперативно-следственные мероприятия организую... — Организуй, организуй... — пробормотал Горислав Игоревич и провалился в сон, точно грузило в прорубь. Глава V Тигр-людоед «Страшно жить на этом свете, В нем отсутствует уют, — Ветер воет на рассвете, Волки зайчика грызут...» Кажется, и одной секунды не прошло, а Егорыч уже тормошил Костромирова за плечо. — Вставай, турист! Амбу проспишь. Спустившись с чердака, Горислав с удивлением обнаружил, что стоит еще глубокая ночь: над лесом висела полная луна, на небе вовсю сияли звезды. Антон Егорович был уже в полной боевой готовности — с берестяной котомкой на спине и двустволкой за плечами. Выждав, когда Костромиров справит нужду, умоется из прибитого к столбу рукомойника и снарядится, старик молча повернулся и зашагал в сторону леса. — Решили не дожидаться утра? — догнав охотника, спросил Горислав. — Почему? — Кто рано встает, тому Бог подает, — не поворачивая головы, пробурчал дед. — Так не видно же ни черта! Хоть глаз выколи... — Луна, вона, светит, чего тебе не видать? Все видать... Ноги свои видишь? Землю? Меня видишь? Чего тебе еще нужно? А пока до места дойдем, как раз уже разъяснится... — Дойдем ли? — усомнился Костромиров. — Не заплутаем в этакой темноте? Опять же, у кошачьих-то ночное зрение, как известно, поострее нашего будет... — Слышь, как тебя? — останавливаясь и резко поворотившись к Гориславу, прошипел Егорыч. — Горислав Игоревич. Можно просто — Горислав. — Слышь-ка, Горислав! Может, ты там у себя в Москве как есть большой ученый, а здесь, поганский царь, я и хозяин и профессор... Доходчиво говорю? — Вполне внятно, но не совсем понятно. — Ты на охоту со мной хочешь идти или как?! — Хочу... — Ну, тогда, значит, иди и не бухти, понял? — отрезал дед и решительно шагнул в лес. — А Белку чего не взяли? — никак не унимался Костромиров. — Тьфу ты, поганский царь! Нешто ты и на льва с псами охотился? Мы амбу чего, подстрелить хотим или так — вспугнуть просто?.. Иди и помалкивай! Не найдясь чего возразить, Горислав замолчал, пристраиваясь Егорычу в спину. Они уже скрылись в лесу, когда с чердака охотничьего дома соскользнула чья-то неразличимая в темноте фигура, юркнула в дверь, через некоторое время появилась снова и последовала за ними по пятам. В лесу было тихо, как в склепе, а поскольку луну и звезды скрывали кроны деревьев, то почти так же темно. Но старый охотник, не останавливаясь и не оборачиваясь, шел вперед, уверенно обходя то и дело преграждавшие им путь упавшие стволы. По прошествии нескольких минут Костромиров тоже наконец стал различать у себя под ногами едва заметную извилистую тропку, серпантином петлявшую между завалами и оврагами. Так они шли час или два, а может, и все три — чувства времени и расстояния совершенно покинули Горислава; ночная тишина нарушалась лишь однообразным жужжанием комаров да редким уханьем филина; несколько раз буквально в нескольких метрах от них раздавались шум и треск сучьев, быстро удалявшиеся прочь и тонувшие где-то в лесной тьме, словно в вате, — видимо, они поднимали с лежки каких-то крупных зверей: изюбра, кабана, а может, и медведя. Вдруг чаща начала редеть, и тропа уперлась в небольшую, поросшую папоротником полянку. За поляной смутно угадывались очертания высоких гор. Антон Егорович остановился. |