Книга Искатель, 2008 № 10, страница 110 – Журнал «Искатель», Александр Юдин, Петр Любестовский, и др.

Она презрительно передернула плечами.

— Я их вышколила. Те, кому нравится со мной спорить, вылетают с работы сразу же. И больше, мистер Джонсон, их уже никуда не берут. Я в силах об этом позаботиться. Поэтому все предпочитают просто выполнять то, что я скажу.

Я наполнил бокалы.

— Вы умеете работать, но умеете и отдыхать, — сказал я. — Говорят, вы полностью разорили компанию «Технотронике», пока были на курорте в Ницце?

— Для того чтобы вести дела, достаточно телефона и компьютера. Я могу несколько месяцев не показываться в офисе, и все равно я всегда на работе. Но хватит комплиментов, мистер Джонсон. Я понимаю, вы надеетесь, что я заплачу вдове Рафферти небольшую компенсацию. Возможно, оставлю ей дом. Так вот — этого не будет. Она проиграла, и мне ее не жаль. Теперь мне пора уезжать.

— Боюсь, вам придется остаться, — ответил я. — Этот месяц вы проведете здесь. Помните винный погреб, который я вам показывал? Он станет вашей комнатой. С вами будут хорошо обращаться, но, боюсь, вы не сможете выходить оттуда.

Лилия вскочила.

— Это смешно, — сказала она.

— Тогда смейтесь.

Двое мужчин вышли на террасу и скрутили ей руки за спиной. Я смотрел, как ее уводят.

Мы отпустили Лилию Арнейл спустя месяц и четыре дня. За это время она побледнела и осунулась. Ее переполняли ярость и бессильная злоба.

— Лучше б вы убили меня, — тихо произнесла женщина, когда я помогал ей сесть на яхту. — Я уничтожу вас всех.

Полицейский катер появился к вечеру. Он мчался через пролив, рассекая волны, и я узнал Лилию Арнейл, стоявшую на корме. Она первой вышла на поскрипывающий причал, когда лодка пристала к берегу.

Следом за ней шел высокий седой мужчина в дорогом костюме. Багрянец заката горел на его очках. Это был ее адвокат.

Я смотрел, как они поднимаются на террасу.

Двое полицейских в штатском замыкали шествие.

— Вот! — воскликнула Лилия Арнейл, останавливаясь передо мной. — Этот человек похитил меня.

— Я тоже рад тебя видеть, — ответил я.

Она стояла так, что преградила дорогу полицейским. Один из них, помоложе, попытался отстранить ее. Лилия развернулась и взглянула на него с такой яростью, что он отпрянул.

— Что здесь происходит, лейтенант? — спросил я, обращаясь к старшему.

Тот вытер лысину носовым платком и нехотя опустился на плетеный стул. Было видно, что поездка на катере его утомила. Напарник остался стоять.

— Моя клиентка подала заявление, — сказал адвокат.

— Миссис Арнейл обвиняет вас в похищении, — подтвердил лейтенант. — Федеральное преступление, мистер Джонсон. Что вы скажете на это?

Я пожал плечами.

— Лилия была моей гостьей весь месяц, — ответил я. — Никто ее не удерживал. Вы можете спросить у моих слуг.

Я позвонил в колокольчик.

Дворецкий вышел из дома первым. За ним появилась горничная и мой секретарь.

— Мы похищали миссис Арнейл, Джозеф? — спросил я.

Мажордом сдержанно засмеялся, как положено поступать хорошему слуге, когда хозяин шутит, пусть и неудачно.

— Нет, мистер Джонсон, — ответил он.

— Маргарита? — спросил я. — Патрик?

Горничная и секретарь с недоумением покачали головами.

— У вас есть вопросы, лейтенант? — спросил я.

Полицейский крякнул.

— Есть.

Он повернулся к женщине. Стул под ним скрипнул.

— Вы можете доказать, что вас похищали, мисс Арнейл?

Лилия задохнулась от гнева.