Онлайн книга «Искатель, 2008 № 10»
|
Произнеся это, он встал. Немедленно поднялась и женщина, всматриваясь в его лицо и подаваясь к нему. — Как?! То есть... вы предлагаете мне вот сейчас поговорить с ним? И Сережа... он будет отвечать осмысленно и... по-русски? И он узнает меня?? ...Лучащийся покровительственной улыбкой врач прикоснулся к пульту. Он был заворожен собственной проникновенной речью и твердо верил — по крайней мере, сейчас, — что именно усилиями его «Психо-Элит» скорбный главою муж возвращается постепенно из лабиринта безумия в мир нормальных людей. Прозрачное и толстое стекло дверей комнаты для свиданий с родственниками разошлось в стороны, и Ольга, суеверно скрестив за спиною пальцы, чтобы не подвела надежда, пошла к Сергею, который возлежал в кресле. Она отметила с радостью, что на муже уже нет смирительной рубашки. — Сережа, — произнесла Ольга дрогнувшим голосом. — Ты... узнаешь меня? Он фыркнул, поднимая голову от груди, и сконцентрировал на ней взгляд. Его бескровные (видимо, в результате побочного действия каких-нибудь успокаивающих инъекций) губы разлепились, и он сказал: — Да, госпо... И после этого вдруг резко умолк, задумавшись. И в этот миг его жене показалось, что в голубых и широких его глазах, таких ей давно знакомых... мелькнула хитрость. Чужая. Терпкая... Не виданная до сего Ольгою вообще ни в чьих глазах. И вспомнилось вдруг сочетание слов из какой-то статьи газетной, чрезмерно, на ее взгляд, заумной: азиатская хитрость. Возможно, что определение такое для данного случая подсказала память о прошлых жизнях (коли воспринимать серьезно идею о переселении душ, которую исповедует индуизм). А между тем Сергей продолжал: — Да, супруга. Я... узнаешь тебя. И я — узнаешь себя. Я есть... гей. Sorry: Сер-гей. Способен узнаешь, yes! Лечение помогло. Jest. Все будет теперь о'кей! Мужчина... если способен узнаешь, то способен... владеть имущество. Едва ли Ольга расслышала последние слова мужа. Она почувствовала слабость в ногах уже к середине речи. Она рыдала, рухнувшая в кресло напротив. От счастья. И ее нетрудно было понять: после кошмарных месяцев безнадеги Сергей вдруг все-таки узнавал... говорил... приходил в себя! Какое для нее значение могли иметь по сравнению с этим неправильности в его речи?! Сергей протянул к ней руку и несколько неуверенно (он выглядит, почему-то подумал врач, словно взломщик, который только что вскрыл полный налички сейф, но все еще опасается, что грянет сигнализация) погладил Ольгу по волосам. — Супруга, — заговорил он вновь. — У меня есть небольшие проблемы. Временное — язык. Сейчас у меня он есть... такой нудебильный русский. Причина надлежит в том, что я был — на недопустимая глубина. Там психика получает... детский удар. Sorry: пис-детский удар! Так это говорить доктора. Супруга! И от этот пис-дет-ский удар у меня какой-то нудебильный русский язык. Пока. Но. Твердая надежда готов ручаться. Потом и для язык будет — лечение помогло! И Кузнецов улыбался, произнося этот маловразумительный набор фраз. Он прямо-таки сиял, как солнце... Жена еще никогда не видела его столь улыбчивым. Необъяснимый кумир И прежний лад возвратился мало-помалу в семейство почти-топ-менеджера. Хотя и не совсем прежний. Нельзя было не заметить, сколь резкое изменение претерпел характер главы семьи. Помешанный на карьере прежде, теперь он больше не стремился стать топом. |