Книга Вниз головой, страница 63 – Клэр Кершоу

— Скорее бы пустить в дело мое сокровище, – говорит Дерек, похлопывая по ящику. – Надеюсь хоть сегодня увидеть акулу. Парни на работе с ума сойдут.

Никто не отвечает. Всем уже надоели его хвастливые техасские повадки.

— Я слышала, что на ночные погружения нельзя брать фотоаппарат, – говорю наконец я.

Это вранье, но я надеюсь, что Ванесса скажет свое веское слово и запретит Дереку нырять с аппаратурой. Кроме того, я терпеть не могу неловких пауз. Черт бы побрал мою вежливость.

— Вот еще! – ухмыляется Дерек. – У нас в Техасе все можно.

— Гм.

— Там даже воздуха в баллоны больше закачивают, – блеснув глазами, шепчет он.

— Нельзя превышать установленный уровень, – напоминаю я.

— Если хорошо заплатить, можно что угодно.

Хью рядом со мной напрягается.

— Ага… и это совершенно безопасно, – с натянутой улыбкой произношу я.

Воздух электризуется. Даже Пиппа с Эндрю притихли.

— Это мое личное дело, – вызывающе заявляет Дерек. – Сейчас ведь все помешаны на праве выбора.

Меня бесит его снисходительный тон. Я делаю глубокий вдох и напоминаю себе, что океан – не место для политических споров. Надо успокоиться. Я не могу нырять, когда сердце выскакивает из груди.

Дерек самодовольно ухмыляется – видит, что задел меня за живое. Но прежде, чем я успеваю высказаться, вмешивается Хью:

— Сомневаюсь, что право выбора подразумевает нарушение законов, дружище. Правила придуманы для безопасности, в том числе и инструкторов. Заплатить больше и ждать, что кто-то ради тебя будет рисковать жизнью, – глупо и безответственно.

Дерек растерянно шлепает губами, как рыба, вытащенная из воды, и, промямлив что-то, уходит готовить аппаратуру.

Лишь после его ухода Хью расслабляется.

— Спасибо, – шепчу я.

— Он вел себя как редкостный придурок, – вполголоса отвечает Хью. – Между прочим, я уже второй раз тебя спасаю.

— Я похожа на человека, которого надо спасать?

— Ну-у, – задумчиво тянет он, – на мне ты не раз отрывалась. Может, стоило дать тебе шанс выместить злость на ком-то другом, для разнообразия. Но ты явно растерялась, и я решил заработать еще одно очко.

— Не знала, что мы ведем счет.

— Только пока я выигрываю, – говорит он, с улыбкой скрестив руки на груди.

Несмотря на то что Дерек меня разозлил, я улыбаюсь в ответ.

Чем ближе вечерний дайвинг, тем сильнее я волнуюсь. Осталось около часа. Когда Пиппа шутит, что мы уйдем в ночь и не вернемся, я резко обрываю ее и тут же извиняюсь, но по-прежнему чувствую себя не в своей тарелке. Нервозность не проходит. Лучше побыть остаток вечера одной. Я удаляюсь в свою крошечную каюту и ложусь на узкую койку.

Остальные наверху – болтают, листают книги, слушают рассказы Аарона о его прошлой жизни. Оказывается, до того как стать капитаном, он занимался промышленным сбором морских огурцов – и я бы решила, что это круто, если бы не психовала так сильно.

Я верчусь как на иголках. Как там Милли? Эх, вот бы уже иметь подтверждение, что губан-бабочка существует! Сегодня я точно его не увижу – они не особо активны ночью, да и фотоаппарата для ночной съемки у меня нет.

Я переворачиваюсь на бок и начинаю ковырять облупившуюся краску на стене. Может, ну его, это ночное погружение? Какой в нем смысл? Я и так волнуюсь, надо отдохнуть. Если не пойду сегодня, то завтра буду в форме. Все, никаких ночных дайвов.