Книга Мистический капкан на Коша Мару, страница 152 – Евгения Райнеш

Абигор вдруг стряхнул с себя первое оцепенение и с каким-то почти животным воем кинулся к неподвижной фигуре.

Одновременно звякнуло оконное стекло и хлопнула дверь. Мгновенно. Они стремительно возникли сразу со всех сторон. От первого захвата Абигор уклонился, но после толчка-удара отлетел назад и спиной вошёл в уже разбитое окно. Не успел подняться и вывернуться из-под захвата шеи, тут же последовал бросок через бедро. Решетова воткнули в пол головой и вывернули руки.

— Прости, Аби, — сказал Хер, вставая со стула, — но это всё было уже слишком…

Клим вздрогнул. Рита так хорошо знала своё дело, что лицо стареющего красавца один в один повторяло образ Эрики. Они все были чертовски красивы и изначально похожи — отпрыски Николая Васильева. Чего просил свихнувшийся сатанист у хозяина ада, сейчас узнать невозможно, но если прекрасных детей — ему явно пошли навстречу.

Херувима шатало, он ещё не совсем пришёл в себя после переливания крови, а тут и так не пышущий здоровьем доходяга вынужден был участвовать в жутком представлении. Тем не менее он справился со своей ролью достойно.

Только смотрел на распластанного под оперативниками брата с такой тоской, что Клим тут же спросил у возникшего на пороге Матюшина:

— Мы можем его отпустить?

Кивнул на Атама.

— Он из больницы, кровь сдавал, плохо себя чувствует.

— До завтра — свободен, — сказал Валерий. — С утра пусть явится ко мне.

На этот раз рубаха на нём была в каких-то ромбах.

— Иди, — повторил для Атама Клим. — Можешь взять мой минивэн, если сам в состоянии доехать.

Тот покачал головой, всё ещё не отрывая взгляда от кучи, под которой барахтался и кричал Абигор.

— Возьму такси, не беспокойся.

— Умыться…

— Я привык, — грустно сказал Херувим. — Столько лет провёл то в женском, то в мужском облике. Не вижу проблемы в чём угодно пройтись по улице.

Он бросил последний виноватый взгляд на брата и вышел. Но Абигор даже не обратил на это никакого внимания. Младший его сейчас совсем не интересовал.

— За что⁈ — орал Решетов, — что я такого сделал?

— Ты убивал девушек в этом доме, так? — Матюшин присел перед распластанным на полу Абигором. — Ты сам только что признался…

— Чушь! — зашипел тот. — Мне нужно было немного крови, понимаете? Совсем чуть-чуть.

— Ты привязывал их и резал, пока они не умирали от ран!

— Да нет же, — Решетов попытался вырваться, но его тут же приложили лицом о пол.

По щеке, которую только теперь и видел Клим, размазалась свежая кровь. «Наверное, выбили зуб», — подумал Азаров. — «Или нос». Подумал как-то равнодушно и отстранённо. Даже с ликованием. Понятно, что жалости к Решетову он не испытывал.

Но тот, кажется, вообще ничего не чувствовал, потому что в следующее мгновение опять приподнял голову и, сплюнув кровавый сгусток, продолжил:

— Я привязывал их и делал небольшие разрезы. Мне нужно было совсем немного крови, от такого не умирают. Просто искал подходящую. Это даже как лёгкое причинение вреда здоровью не классифицируется. В лучшем случае — хулиганство! Поищите кого-то другого, кто шёл за мной и убивал их…

— Вот гнида, — покачал головой Матюшин. — Можно сказать, с поличным поймали, а он всё отпирается.

Оперуполномоченный встал и приказал:

— Уведите.

Ещё совсем недавно элегантного и опасного Решетова потащили с двух сторон к выходу, словно мешок с картошкой.