Книга Вирус Aeon. Заражённый рассвет, страница 14 – Татьяна Кравченко

— И мы заперты с ним.

Она кивнула.

— А теперь подумай. Если он уже у всех… и уехавшие домой тоже заражены… это не эпидемия. Это…

— Начало конца, — закончил Эд.

За сотни километров от лаборатории, за стенами правительственного бункера, скрытого в глубинах леса, заседал Тайный Совет. Комната освещалась холодным светом неоновых панелей. Вдоль длинного овального стола сидели люди в тёмных костюмах и в военной форме. Никто не представился. Здесь не нужны были имена — только ранги и приказы. На голографическом экране мерцала схема комплекса, где работала Ливия. Красные точки — инфицированные. Жёлтые — подозреваемые. Синих становилось всё меньше.

— У нас утечка, — сухо проговорил мужчина в чёрной форме с серебряным шевроном. — По нашим данным, заражённые уже за пределами лаборатории.

— Но они изолированы, — вмешалась женщина с короткими седыми волосами. — Объект удерживается, все ворота под контролем.

— Не все.

Голограмма увеличилась. Появился список сотрудников, уехавших домой. Четыре имени.

— Время действий пришло, — резко сказал другой офицер. — Нам нужно задействовать «Протокол Тень».

Молчание. Затем председатель Совета поднял руку.

— Отправьте группу Z-7. Изолировать. Устранить. Без следов.

Папка с приказом легла на стол. Внутри — фотографии, адреса, данные о семьях.

— Что с оставшимися в лаборатории? — спросил кто-то.

— Пусть работают. Пока полезны. После — карантин… или очистка.

* * *

Тем временем в ангаре военной базы грузились транспортные машины. Люди в чёрных костюмах, с закрытыми лицами и без знаков различия, получали координаты. Один из них проверил оружие: шокеры, ампулы с неизвестным газом, изолирующие мешки.

— Работать тихо, — сказал командир. — Ни одного свидетеля. Сегодня ночью — никто не должен знать, что мы были там.

Машины выехали из базы. Молча. Без фар. Только внутренняя команда знала: началась зачистка.

21:42. Квартира Лены Морелли, биохимика проекта.

Лена ушла из лаборатории за две недели до событий. Беременная, на третьем месяце. Она не знала, что вирус уже мог быть в её крови.

Она сидела у окна, слушала музыку в наушниках. Ждала мужа с работы. Гладила живот, бормоча что-то о будущем малыше. Кошка свернулась клубком на подоконнике.

21:45.

На лестничной площадке — тихий шаг. Дверной замок почти бесшумно проворачивается. Никто не стучит. Дверь приоткрывается. Один из агентов — женщина в чёрной броне — входит первой. Остальные остаются у выхода.

21:46.

Лена поворачивает голову. Видит незнакомку. Спокойную, без лица, без слов. В её руках — ампула.

— Что… простите? Кто вы? — голос Лены дрожал.

— Приказ, — отвечает женщина.

Лена отступает, прикрывая живот.

— Потенциальный носитель. Заражение не исключено. Распространение — недопустимо.

Инъекция в шею. Лена едва успела вскрикнуть. Кошка с испугом сбежала. Всё затихло.

Женщина стояла в тени, смотря на лежащее тело. Несколько секунд — затем вышла. Квартиру опечатали, метка на дверь — «карантин: утечка газа».

22:34. Частный дом в пригороде Линдвуда.

Дом биоинженера Эвана Миллера стоял в тишине, укутанный туманом. Одинокий фонарь во дворе мерцал, будто предчувствовал беду. Внутри дома всё было спокойно — Эван сидел на диване, с кружкой чая в руках, телевизор включён, но звук выключен. На коленях спал кот. Он уехал из лаборатории накануне, чувствуя себя немного простуженным. Ему велели отдохнуть. Он и не знал, что за ним уже следят.