Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 104 – Татьяна Кравченко

Игнис не понимал её слов до конца. Его магия всегда была магией силы, напора, подавления. Но он слышал искренность в её голосе и видел, как её собственный, странный Кристалл начинает светиться в унисон с его собственным.

Вайрис закрыла глаза, шепча слова заклинаний на языке, который Игнис не знал — смесь древнего драконьего и языков магической академии Столицы. Она не боролась с силой Игниса. Она делала нечто немыслимое — вплетала его грубую, вулканическую энергию в свою собственную, более утончённую и гибкую. Она была проводником, дирижёром, создающим новую, гармоничную симфонию из двух разных мелодий.

Внутри них, в точке, где соприкасались Кристаллы, их силы объединились.

Эффект был ошеломляющим. Свет, исходящий от Кристаллов, перестал быть просто светом. Он приобрёл плотность, вес. Он стал похож на сияющую, расплавленную бронзу, текучую и неотвратимую. Он не отталкивал Тенебрис — он поглощал его, преобразовывал своей чистой, объединённой массой. Чёрные прожилки на теле драконицы не просто отступили — они потускнели и замерли на одном месте.

Драконица глубоко вздохнула — полной грудью, без хрипа и боли. Её веки дрогнули, и она открыла глаза. В них не было прежнего мучения, лишь глубокая усталость.

Игнис отшатнулся, глядя на свою руку и на Кристалл, который всё ещё пульсировал в его руке, но теперь как-то иначе — ровнее, спокойнее. Он смотрел на Вайрис с немым изумлением.

— Ваша магия... — он запнулся, подбирая слова. — Она не похожа на нашу. Она... иная. Почему?

Вайрис устало опустила свой Кристалл. Силы её были на пределе, но на душе было светло.

— Может быть, потому что вы тут живёте, замкнуто, на острове, не покидая его, — тихо ответила она, глядя на оживающую драконицу. — А я выросла в другом мире. Среди людей и магов. Я знаю не только свою драконью магию. Я чувствую другие её виды и могу ею пользоваться. Я училась в магической академии и лечила разных магических существ — фей, гномов, элементалей... Моя магия не совсем драконья. Она... смесь. И это, наверное, Тенебрис чуждо. Он знает, как бороться с чистым огнём или чистой водой. Но против сплава... у него нет защиты.

Игнис молчал, переваривая её слова. Он смотрел на эту хрупкую с виду девушку, которая говорила о вещах, лежавших за гранью его понимания. О других мирах. О других магиях. И впервые за долгие годы изоляции он понял, что их древние традиции и запреты, возможно, были не защитой, а клеткой, сделавшей их уязвимыми.

— Ты принесла нам не просто исцеление, Вайрис из клана Переливчатого Прилива, — наконец произнёс он. — Ты принесла нам знание.

Вайрис слабо улыбнулась.

— Тогда помогите мне им воспользоваться. Нам нужно поговорить. Обо всех кланах. Обо всём острове.

Игнис кивнул, его суровое лицо впервые выражало не только надежду, но и готовность к действию. — Соберу совет старейшин. Мы шли своим путём слишком долго. Возможно, пришло время нам измениться.

Вайрис стояла неподвижно, наблюдая за ровным и мощным дыханием драконицы-старейшины. Грудь исполинского существа медленно поднималась и опускалась, а из полуприкрытых ноздрей вырывалась струйка дымка, пахнущего пеплом и древностью. Рядом, склонив голову, Игнис тихим, прерывающимся от эмоций голосом благодарил её за спасение жизни.