Книга Драконья кровь и клятва врача, страница 101 – Татьяна Кравченко

Так началась их битва. Не громкая и яростная, а тихая, методичная, изнурительная. Шаг за шагом, пациента за пациентом. Где-то они добивались лишь кратковременной остановки яда. Где-то — как с тем первым молодым драконом — им удавалось ненадолго отбросить его назад и подарить несколько чистых вздохов.

А в углу зала старый Элван скрипучим углем аккуратно вносил в свой журнал бесценные данные: первые крупицы знания о враге и первом, таком хрупком, оружии против него. Он был летописцем надежды, рождающейся в лазарете, пахнущем смертью. И каждый удар магического сердца, каждый прояснившийся взгляд был в его записях не чудом, а научным фактом. И это делало надежду ещё крепче.

На рассвете они закончили стабилизировать последнего из драконов «желтой зоны». Воздух в лазарете гудел от тяжелого дыхания, но теперь в нём витало хрупкое облегчение. Вайрис прислонилась к каменной стене, чувствуя, как подкашиваются ноги. Её человеческая половина умоляла о сне, хоть о минуте покоя, но её врачебная суть требовала работать дальше.

Именно в этот момент в пещеру влетели два знакомых силуэта — братья-драконы, посланные на материк. Они едва переводили дух.

— Госпожа! Мы… мы застали Элис, когда она закрывала клинику! — выпалил старший, Сален. — Напугали мы её, аж закричала. Но как сказали, что от вас… она так удивилась! А потом, когда мы объяснили про болезнь, про всё… она тут же бросилась обратно, собрала два огромных мешка! Всегда думал, девушки слабые, а она их тащила, как перышки! Вот.

Он с облегчением опустил на пол два увесистых тюка, из которых пахло знакомыми Вайрис целебными травами, мазями и стерильными бинтами из «Клиники Чудес».

Слёзы благодарности к Элис подступили к горлу Вайрис, но сил на эмоции уже не было. Кивнув братьям в знак того, что они молодыцы, она машинально распаковала один мешок и, почти на автомате, начала обрабатывать очередную гноящуюся рану у дракона из «зелёной» зоны. Знакомые движения — очистка, нанесение мази, наложение волшебного бинта — успокаивали. Это она умела. Это была её территория.

И тут снаружи донесся нарастающий шум — приглушённые возгласы, шелест крыльев и низкий, незнакомый рык, в котором слышались и угроза, и отчаяние.

Вайрис, нахмурившись, отложила бинт и вышла на крыльцо.

И замерла.

Перед лазаретом, отбрасывая на утреннюю траву длинную тень, стоял дракон. Но не из клана Озёр. Его чешуя была цвета вулканического обсидиана и пламени, с золотыми прожилками, что мерцали в первых лучах солнца. Он был чуть меньше Арриона, но сложен мощнее, с шипастыми гребнями на спине и шее. И он был невероятно, дико красив. В его глазах, горящих как расплавленное золото, читалась ярость, боль и гордая, незнакомая скорбь.

Драконы Прилива окружили его плотным полукольцом, но не решались подойти ближе. Их шипение и низкое ворчание наполняли воздух.

— Что здесь происходит? — громко и чётко спросила Вайрис, заставляя всех вздрогнуть и обернуться на неё.

Незнакомец уставился на неё своим пламенным взглядом. Казалось, он оценивал её всю — от уставшего лица до руки, всё ещё пахнущей травами и мазью. Затем произошло нечто немыслимое. Его форма сжалась, смешалась с сиянием и тенями, и на месте исполинской рептилии возник мужчина. Высокий, могуче сложенный, с кожей цвета тёплой бронзы и коротко остриженными волосами, в которых ещё мерцали золотые искры.