Книга Призрачная кровь 6, страница 97 – Елена Шатилова

Начальник госпиталя нас покинул. Я показала результат работы надзорнику. Мужчина был ошеломлён и даже признательно пожал руку, такие эмоции дорого стоят, особенно от менталиста. Передала ему записку для Петра Михайловича и слепки в комплекте с одним браслетом, для примера. Во второй записке я просила проследить за начальником госпиталя, что-то не понравилась мне его реакция. Но отдавать не стала, как только мужчина прочёл её из моих рук, сразу сожгла. Он только улыбнулся, я заметила одобрение в глазах.

По просьбе надзорника, провела при нём лечение второго пациента.

— Невероятно! — прошептал он. — Меня вот что интересует, как мозг реагирует?

— Надеюсь, без особых последствий, но не исключена амнезия. Я понимаю, что до начала экспериментов нужно было вначале проанализировать, посовещаться…

— У нас нет времени на болтовню и консилиумы. Как бы это не жестоко звучало, если после лечения пациенты полноценно встанут в строй, то это спишет все нежелательные последствия лечения. Но, чтобы убедиться в напрасности ваших страхов, достаточно привести в чувства бывшего большого, — командир рассуждал прагматично, но правда в его словах была. Не удивлюсь, что в контракте много чего прописано, в том числе и всякого рода риски.

Позвали начальника госпиталя. Я внимательно за ним смотрела и заметила, что он буквально дистанцируется от надзорника. Он, кстати, тоже заметил, я поняла по мимолётному взгляду, брошенному на меня.

Доктор отключил артефакт, который и держал в искусственной коме пациента. Через пару минут у мужчины затрепетали ресницы, затем он открыл глаза и даже попытался сесть. Начальник госпиталя его остановил, мол, полежите, придите в себя.

Дальше пошли расспросы. Но я уже видела, что всё в порядке и успокоилась. Выясняли, что он всё помнит, кроме того злополучного дня, когда был ранен.

Прямо как я не помню, что со мной произошло в день попадания сюда, — грустно ухмыльнулась.

В общем, результат всех более чем устроил, а «удобная» амнезия, как выразился надзорник, снимает психологические проблемы при тяжёлых ранениях и страх в дальнейшем участвовать в боях.

Я, конечно, не разделяла такой позиции, так можно и инстинкт самосохранения заглушить, но спорить не стала. Моя миссия — сохранить человечество, а остальное они пусть сами.

Надзорник не стал уходить, так и наблюдал, как я лечила пациентов, мне показалось, что он от созерцания получал удовольствие, так и посматривал на меня с едва заметной улыбкой. Можно было заподозрить его в фальшивых чувствах, но я ощущала волну тепла от этого мужчины. Он реально радовался выздоровлению бойцов.

Пока я приводила в норму заражённых магов, здоровых приводили в чувства. И опять опрос, проверка здоровья. Результат один и тот же: все не помнили тот бой и события накануне. Я была довольна.

Палата пустела. Я закончила с последним больным и пошла в следующую палату, вдруг нужна моя помощь. Там были послеоперационные больные, также лежали с моими структурами. Помня последствия в виде амнезии, не стала применять новшества, и так поправятся.

Сомневаюсь, что у меня здесь нормированный рабочий день, мне вообще по этому поводу ничего не говорили. Но я не стала наглеть и уходить отдыхать, вернулась в тот кабинет, решила поработать с протезом.