Книга Бескрайнее темное море. Том 1, страница 16 – Моргана Маро

У боковой двери главного зала ждал высокий худой евнух, лицом напоминавший недовольную пожилую женщину; бусы из яшмы лишь усиливали это впечатление.

— Разве вам не было велено прийти во дворец к часу Ю?

— Я проспал, – только и ответил Цин Вэнь, пройдя мимо.

— Как недостойно третьего принца, – вслед раздался смешок. – Впрочем, что и следовало ожидать от моцзя. Зверь не может стать человеком.

Цин Вэнь замер у самой двери, бросив потемневший взгляд на евнуха; тот продолжил смотреть на него сверху вниз как на жалкое насекомое. Напуганный Сюнь покосился на одного, потом на другого, не решаясь встрять. Скажи он хоть слово, и точно лишится головы.

У главного евнуха по имени Моу Гань было далеко не последнее место во дворце. Самое доверенное лицо императора Хэ, выходец из знатной семьи; стоило ему приказать – и связанного Цин Вэня и правда бросят в темницу. Спорить с ним – все равно что выпустить тигра и пытаться защититься от него.

— Этот жалкий принц благодарит за урок и постарается запомнить, – наконец произнес Цин Вэнь, заметив самодовольную ухмылку на губах Моу Ганя.

Толкнув дверь, принц вошел в зал и, не обратив внимания на чиновников, припал на колено у трона, украшенного драконом с пятью пальцами – знаком императора.

— Третий принц Цин приветствует отца-императора.

— Ты опоздал, – раздался голос – мощный, заставляющий трепетать.

— Этот принц уснул и не уследил за временем. Он просит его простить.

Император Хэ вздохнул, и Цин Вэнь немного расслабился. Раз его больше не собирались ругать, то он поспешил выпрямиться и заметил брезгливые взгляды чиновников.

— Мы как раз говорили с мудрецом Фан о твоем обучении.

Почувствовав раздражение, Цин Вэнь обернулся к стоявшему рядом человеку и открыл было рот, но тут же изумленно закрыл его. Словно сошедший с полотен небожитель, перед принцем стоял Нин-гэ и улыбался.

— Где твое почтение? Мудрец Фан проделал путь из Хуашань ради встречи с нами, так почему ты молчишь? – недовольно произнес император Хэ.

Опомнившись, Цин Вэнь поклонился:

— Третий принц приветствует мудреца Фан.

— Значит, ты все же принц, а не рассказчик, братец Шу, – послышался негромкий голос Фан Лао.

Цин Вэнь зажмурился; он не знал, смеяться ему или плакать. Их встреча произошла намного раньше, чем он планировал.

Выражение лица Цин Вэня, растерянное и одновременно обиженное, позабавило Фан Лао. Принц явно не ожидал встретить здесь нового знакомого. Впрочем, не только он был удивлен: взгляды чиновников и императора все еще оставались подозрительными. Собравшиеся сомневались, что человек перед ними и правда мудрец Фан, которого признал сам мудрец Ао. Все же для заклинателя Фан Лао выглядел слишком молодо. Может, у этого человека уста Будды, а сердце змеи?

— Так как третий принц здесь, мы могли бы вернуться к вопросу, который обсуждали до этого, – напомнил заклинатель.

— Верно, – кивнул император Хэ, взглянув на Цин Вэня, который теперь неотрывно смотрел на гостя. – С этого дня мудрец Фан будет личным учителем и советником третьего принца.

Только после этих слов Цин Вэнь наконец очнулся, обернулся к императору и нахмурился. Фан Лао с любопытством следил за ним: сейчас, облаченный в великолепную одежду всадника, с заплетенными в высокий хвост волосами, «Шу Лан» не мог не впечатлять. Стройный, он был лишь на цунь выше самого Фан Лао, при этом обладал гибкостью, словно тетива охотничьего лука. В нем чувствовалась сила, а также прыть и нежелание кому-либо подчиняться, и все же Фан Лао убедился, что этот юноша умен. Все слышали про «собаку Цин», но точно не ожидали, что эта собака выступает в одном из самых роскошных ресторанах Юйгу в качестве почитаемого рассказчика.