Онлайн книга «Заступница»
|
— Могли умереть, — замечает Варвара. — Тогда много кто умер, решив не возвращаться обратно, так что всё возможно. А Станислав любит Велеславу изначально, отсюда и истинная любовь в результате… — Но всё-таки, — с просительными интонациями спрашивает мой любимый, — была война или нет? Кощей что-то опять с зеркалом делает, и вдруг… Я вижу, как планируют запереть нас в бункере, чтобы меня унижали и били, но не давали умереть, а доктор Сергей комментирует. Получается, что беременность была спланированной, но вот выкидыш нет, потому что те злые бяки ребёночка убить хотели и меня в этом обвинить. То есть весь бункер был сделан для того, чтобы моя душа умерла, перестав существовать, потому что им очень нужно было Милалику убить, а я же за неё стала, вот… — Смотрим, что произошло в тот самый момент, — говорит дяденька Кощей. — Тут мы только историю увидеть можем… Изначальные миры не позволяют нам видеть своё настоящее. — Но нам история и нужна, — произносит мой очень-очень любимый, как оказалось, отправившийся за мной. Я не очень понимаю то, о чём они говорят, но надеюсь, что мне объяснят. Тут Кощей смотрит во что-то в зеркале и начинает смеяться. Мой любимый тоже улыбается, а потом поворачивается ко мне, медленно объясняя, что так его развеселило. — Они сами себя обманули, понимаешь? — произносит он. — Нет, — растерянно произношу я. Мне действительно непонятно, что конкретно произошло и почему именно так случилось, а ещё у меня тысяча вопросов, и… Я — это ты Когда меня приносят обратно из туалета, я раздумываю о том, что меня зачем-то убедили в том, что вокруг семидесятые года. Наверное, чтобы, в случае чего, в психушку забрали? Не знаю, всё какое-то загадочное… Хотя если подумать, то я правильно поступила, потому что Милалика очень много хорошего сделала, а от меня пользы не было особой такой. Ой, Стас же рассказывает! — Дело было, насколько я помню, — говорит мой любимый, — в двадцатых годах. В двадцатых годах чуть ядерная война не началась, я помню, на истории рассказывали. Стас рассказывает, что тогда включили систему одну особенную, которая должна была поднять все ракеты, если почувствует ядерный взрыв. А злые бяки сделали электромагнитный импульс, когда вагон метро далеко уже от города был, потому что его по тайной ветке потащили. Вот эта система подумала, что война началась, и принялась готовиться, а в Москве испугались и нажали кнопку, чтобы она сама себя убила, так что взрыв был, но подземный, и он убил всех бяк, а людей не тронул. Ну, огонь по метро не распространился, потому что не дошёл, а бяки были рядом с машиной, которая импульс делала, чтобы повторить, если надо. — А как же развалины? — удивляюсь я. — Я, когда умирала, видела же… — Это полигон старый, — показывает мне на зеркало Стас. — Бункер тоже старый, и когда-то на нём проводили испытания, устоит ли он в случае ядерной войны. — То есть всё вранье, — понимаю я. — И семидесятые, и война, и всё? — Да, им нужно были тебя уничтожить морально, — кивает мне мой любимый. — Они считали, что тогда ты, умерев, больше не оживёшь… — А что с ними потом случилось? — спрашиваю я. Оказывается, наши трупы увидели с пролетающего вертолёта, ну и кровь тоже. Налетела полиция и ещё много кто, обнаружили бункер, принялись разбираться, большой скандал был. Но выясняя, почему я умерла, дошли и до моих «родителей», а потом и до тех, кто бякам злым платил. И теперь они все в тюрьме. |