Книга Академия Сна и Грез, страница 38 – Владарг Дельсат

Я помню, как сутками мучились котята, плача и медленно умирая в той самой серой комнате, где была мама. Мамочка… Стоит мне о ней подумать, и я будто чувствую прикосновение ее ласковых рук. Это ощущение придает мне смелости, ведь еще ничего не закончилось. Мы все еще не в безопасности, и кто знает, будем ли. А вдруг там, куда мы летим, тоже фелис? Я буду драться до конца, а в конце подорву заряд метателя, чтобы умереть быстро и не отдать им малышку.

— Сколько же тебе весен, маленькая? — спрашиваю я ее.

Малышка показывает в ответ два пальчика. Две весны, совсем маленькая еще, и эти звери хотели ее уморить голодом. Наверное, во сне я не старше ее ну или чуть-чуть постарше, но меня защитила мама. Собой защитила, и я теперь не имею права бросить эту малышку, потому что теперь я ее мама. И буду защищать ее любой ценой, хоть это и очень страшно.

— Ты… мама? — почти по слогам спрашивает она меня тонким голоском.

— Я теперь твоя мама, малышка, — соглашаюсь я с ней и ребенок просто молча прижимается ко мне. Как и я прижималась к маме, ища защиты… — Все будет хорошо, маленькая.

В этот самый момент «спасатель» слегка встряхивает. Наверное, мы прибыли, ну что же… Сейчас мы все узнаем. Я поднимаю малышку на руки, забрасываю на плечо рюкзак. В правой руке у меня метатель, на спуск которого я готова нажать в любой момент. Ощущение опасности не дает расслабиться, а еще мне страшно, но не за себя, мне впервые страшно не за себя. Теперь я понимаю, что чувствовала мамочка в той серой комнате. Холодные убийцы фелис заплатят! Я их буду зубами грызть! Всех буду! Всех!

— Эвакуированных ждут в кают-компании, — доносится до меня бездушный голос. — Следуйте по синей полосе.

Я вижу эту полосу, понимая, что, если «ждут», значит, там кто-то, могущий оказаться врагом. Я иду медленно и как могу тихо, прислушиваясь, но никаких других звуков не слышу. Если в книжке написана была правда, то от кают-компании до рубки рукой подать. Значит, если меня ждет враг, то я успею выстрелить и убежать. Мне главное добраться до рубки, а оттуда меня выковырять будет трудно, потому что зарядов у меня много. Глупые фелис хотели меня унизить непосильной ношей, но сами сдохли! Теперь они все будут дохнуть, потому что мне теперь есть ради кого жить и за кого мстить!

Дорожка приводит меня к раздвижным дверям. Наверное, за ними я узнаю, друг там или враг. Для того чтобы их открыть, надо нажать кнопку посередине. Я вдыхаю-выдыхаю, чтобы успокоить дрожь, смотрю, куда в случае чего буду убегать, и нажимаю кнопку трубой метателя. Двери расходятся половинками в стены, и я замираю на мгновение.

— Что стоишь, маленькая дрянь, заходи, — слышу я знакомый любой фелис голос. Я замираю, потому что решиться нажать на спуск почти невозможно.

Но и не нажать тоже нельзя, потому что в глазах той, что зовется у нашего народа Великой, мрачное обещание, от которого страшно становится так, что и вынести невозможно, но в это самое мгновение я будто слышу мамин голос, и мой палец будто даже без моего участия вдавливает спуск. Я сразу же бросаюсь в сторону, лихорадочно перезаряжая метатель.

Из открытых дверей вырывается огонь, изнутри слышен отчаянный крик, а я уже выстреливаю вдоль коридора, откуда пришла, и снова перезаряжаю, чтобы добавить Великой, если она жива. Богиню, наверное, одним зарядом не возьмешь, но у меня еще есть!