Онлайн книга «Ленинградцы»
|
— Почему герой? — удивляется мама. — Под бомбами, под обстрелами они спасали людей, впрягались в волокуши и, когда люди падали от усталости, помогали им, — как-то очень торжественно говорит женщина, а потом цитирует по памяти: «Но знай, внимающий этим камням, никто не забыт и ничто не забыто». — Яга, кто это? — спрашивает на этот раз папа. — Лекари наши, — отвечает ему Яга. — Скорая колдолекарская помощь. Кудесники просто. — Что там, Серёжа? — интересуется Варя. — Всё, как Гаршин писал, органы уменьшены. Будем госпитализировать, — уверенно отвечает он, а я киваю. Дома не лечится такое. — Не волнуйтесь, дня через два дома будете. — Мне многое нужно узнать, — произносит мама, — очень многое. Ты за них ручаешься, Яга? В комнату влетают носилки вполне привычного вида, а затем миг — и мы с Алёнкой оказываемся на них. Я понимаю: раз здесь скоропомощники, понимающие, что такое блокада, то больница сама собой разумеется, а вот мама пытается докторов остановить. Но Сергей спокойно объясняет ей, что нужно победить авитаминоз, цингу и истощение. Дома этого не сделаешь, а переезжать всей больницей к ней домой — бессмысленно. И мама вынуждена согласиться. — Можете спросить царевну, если что-то непонятно, — заканчивает коллега объяснения. — Закон нарушать никто не позволит даже царице, не то что княгине. Несколько жестковато звучит, по-моему, но маму эта отповедь успокаивает, а мы с молчаливой Алёнкой куда-то летим. Проносятся ступеньки, мы вылетаем во двор, после чего передо мной предстаёт действительно карета — белого цвета с красной полосой и надписью. Несмотря на то, что такая раскраска мне не знакома — у нас машины были белыми, но красные кресты всё объясняют. Получается, санитарная карета, только без лошадей. Странно, что Сашка и папа промолчали, когда нас забирали, но, видимо, они просто шокированы, как я был в тех самых девяностых — слишком много изменений по сравнению с тем, что они помнят. В карете внезапно оказываются и доктора, после чего она начинает движение. Варя, ласково улыбаясь, поглаживает жмущуюся ко мне Алёнку, а Сергей делает какой-то жест, и вдруг в тишине звучит… В едущей карете звучит метроном, будто говоря нам: «Всё спокойно, мы живы». От этого знакомого звука я расслабляюсь. Доктора действительно знают, что такое — блокада. Интересно откуда? — Мы сейчас доедем до больницы, — сообщает мне Варя. — Там отвары и специальное питание помогут победить авитаминоз, и вес вы примерно за сутки наберёте. — Сказки-то не рассказывайте, коллеги, — прошу я их. — Ты уже в сказке, коллега, — отзывается Сергей. — Поэтому со сказочной помощью за сутки физические проблемы устраним, но потом ещё сутки займёт отвыкание от самой блокады. Ну и начнём реабилитацию, а дальше вы сами. Согласен? — Папа согласен, — отвечает ему Алёнка. — Он просто не понял, что мы в сказке оказались. — А ты уже всё поняла? — улыбается ей Варя. Странно называть по имени людей, что минимум вдвое старше моего нынешнего тела, но я слышал, здесь все на «ты», а со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Если что, я думаю, мне скажут, а пока и так нормально всё. Интересно, как это нас за сутки откормят… — Конечно, — важно кивает доченька. — Вон же печка едет, — и показывает за окно. |