Книга Морской эмир, страница 12 – Сильвия Лайм

У меня даже в глазах потемнело от страха. Я отшатнулась назад, невольно выпадая из объятий эмира и оседая на песчаное дно, которое тут не было заболочено водорослями.

Время начало подозрительно замедляться вместе с ударами моего сердца.

Тиррес бросил на меня короткий взгляд, словно не ожидал такой прыткости, затем снова посмотрел на акулу и спокойно сказал:

— Стой. Это моя добыча…

И что-то произошло.

Его голос звучал не так, как обычно. Глуше и одновременно пронизывающе, он проникал сквозь мышцы и кости, словно скрежет металла, как крик кита, который непонятен человеку, но его слышит весь океан на многие километры в стороны…

И акула замерла, внимательно взглянув на морского эмира. Все происходило как в сказке. Ее огромные круглые глаза на миг сделались умными, будто у человека, а затем она просто развернулась и ушла.

— Ну вот и все, — бросил Тиррес, улыбнувшись. — И не стоило так бояться. Ты же понимаешь, что со мной тебе не страшно ни одно морское чудовище?

Он повернулся ко мне и подмигнул. Серебристые глаза блеснули.

— Эта рыбина понимает человеческий язык? — все еще немного ошеломленно спросила я. Сердце билось так быстро, что я с трудом выталкивала воду из жабр.

— Почему человеческий? — спокойно спросил Тиррес как ни в чем не бывало. — Я говорил на морском. Есть общий язык, который понимают все плавающие существа. Это язык самого моря. Жители Айремора учатся ему с детства. Тебе, к сожалению, вряд ли удастся его постичь, — виновато развел руки он. — Но я научу тебя, как отгонять акул и хищников с помощью живой силы.

Все то время, что он говорил, у меня в голове стучало лишь одно: «Эмир говорил на языке, который я не должна была понять… Но поняла. И сам эмир этого не заметил…»

— То есть ты просто попросил акулу уйти? — глухо спросила я, когда Тиррес снова обнял меня за талию и морские воды понесли нас вперед, словно подводную каравеллу.

— Я сказал ей, что ее добычи здесь нет, — с веселой улыбкой ответил эмир и взглянул на меня.

Его глаза опалесцировали, околдовывали…

А эмир лгал.

— Ясно, — выдохнула я, и в этот момент впереди начал прорисовываться один из самых красивых и невероятных замков, которые я когда-либо видела. Он был построен из белого перламутрового камня, а в промежутках то здесь, то там мелькали вставки из радужных кирпичиков, напоминающих внутреннюю часть морских раковин. В результате, когда на замок падал золотой свет с поверхности, казалось, что он весь светится и переливается, как настоящее сокровище.

— Так в чем же сложность научить меня колдовать? — спросила я уже тише и совсем не с таким энтузиазмом, как еще пару минут назад.

Теперь я знала, что эмир не до конца честен со мной. И если он солгал про разговор с акулой, то может солгать и в остальном.

Да и что это вообще значит: «Это моя добыча»? Иносказание или… Тиррес произнес именно то, что и имел в виду?..

Однако сейчас я не собиралась выдавать свои познания в таинственном морском языке и признаваться, что прекрасно поняла сказанное. Думаю, будет лучше оставить этот козырь при себе.

Тиррес, естественно, моих душевных метаний не облегчал.

— Сложности, по сути, никакой, — широко улыбнулся он. — Но у нас неспроста к каждому ученику прикрепляется мастер. Именно сила мастера вводит адепта в мир магии. Она как бы… наполняет и пробуждает новичка.