Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 83 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

Они замерли оба. Соня бросила карандаш и порывисто закрыла руками краснеющее лицо.

— Видишь, Соня. Вот этим и отличается художник от рисовальщика. Я лишь ксерокс…

Не хотела она это видеть! Зачем только заставил? Теперь она долго еще будет вспоминать эту веточку и на ней легкий листок. Подскочила и, уже убегая, поймала брошенное ей в спину, как будто толчок:

— Следующее занятие у нас между третьей и четвертой твоей вахтой. Советую обстоятельно подготовиться и вредность свою отключить.

В общежитии было много народу, слишком много. Соня содрогнулась, вспомнив громкую болтовню женщин, гул мужских голосов и визги детей, гоняющихся по коридорам. Скорее бы ей выделили отдельный дом, где будет тихо, спокойно и одиноко. Где только она и дочь…

Как же это сложно — жить по этим полуторным суткам! На Земле понятно: темно — нужно спать. Встало солнце — пора на работу. Здесь же было темно, часов у Сони не было, и она никак не могла понять, чего хочет на самом деле: спать, или, может быть, ужинать, или убить одного противного дракона.

Подумала и решила: для начала нужно вообще разобраться со всей этой затеей драконьей по поводу детского сада. Как там у Леси дела, как прошел первый день? Снова она ощутила несколько запоздалый укол материнской совести. Приличные мамочки просто обязаны были стоять уже у дверей директората и в окна заглядывать. Что она там не видела? Но время подходит, скоро у них окончание первых занятий, надо Лесю встречать и взглянуть, и выяснить, как там дела обстоят с общей учебной программой. А потом еще как-то успеть сориентироваться в этом их «безвременье» между рабочими вахтами.

По пути заглянула к коту Леониду, разумно полагая, что тот знает все обо всех, но в их маленьком домике было непривычно темно, тихо и пусто. Пришлось идти сразу в директорат. На подходе увидела оживленно болтающую стайку женщин, стоявших у самого входа. Осторожно приблизилась и скорей угадала, чем поняла: все они ждут детей с занятий.

Ее быстро заметили, махнули рукой и радостно сообщили:

— Вы за ребенком? Сейчас уже закончат, сегодня обещали отпустить малышей чуть пораньше. Ваш в какой группе?

— Шесть лет, — туманно ответила Соня.

— Ага, еще в «Цветочках». Девочка, мальчик?

Вот поэтому Соня и опасалась людей: с ними нужно было разговаривать. Корчить милые рожицы, делать приветливый вид.

— Девочка.

— А у меня близнецы, и они мое полное педагогическое фиаско, — пухленькая темноволосая девушка, близоруко прищурившись, протянула оторопевшей Соне руку. — Я Кира, ваш новый бухгалтер. Рада знакомству.

— А-а-а… Я Соня. Садовница. То есть цветовод, конечно.

— Та самая Соня? — обрадовалась Кира. — Зефира рассказывала, что ты при первой же встрече поставила нашего дракона на место, а он и послушался. Это очень смело.

Соня пожала плечами, отводя глаза. Слово «смело» она бы в данном контексте заменила на «безрассудно», «рискованно» или даже скорее «полная дурость».

Другая женщина, чуть постарше, тут же встряла в разговор:

— А правда, что директор холост? Я его еще даже не видела, муж с ним контракт подписал. Молодой? Симпатичный?

И хищно уставилась на Соню, как будто знала что-то такое, о чем сама девушка и не догадывалась.

— Вредный, — мстительно сказала ей Соня. — И нервный очень. Ругается все время, орет.