Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 61 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

Вид при этом он сделал суровый.

— Нет, спасибо. Мы са…

— ДА! — Леся подпрыгнула мячиком, радостно кинувшись обнимать обалдевшего Леонида.

Девочка ну никак не хотела признавать его взрослым. Даже реденькая борода ее не убеждала. Показалось ли Соне, или в рыжих глаза котогнома мелькнула откровенная… радость?

— Леся! Мы не можем людей утруждать! — пора было дочке узнать, что совсем не все ей тут рады.

— Ой, мам. Можем. Кошки любят детей, между прочим, а ты можешь там не обедать. Правда?

Невыносимый ребенок.

— Правда! — внезапно на все Леонид согласился.

И широко улыбнулся. Едва ли не впервые с начала их знакомства. Красиво. С чудесными ямочками на щеках, с лучистыми морщинками в уголках рыжих глаз.

Заразительно очень. Соня даже не устояла и улыбнулась в ответ.

— Но как же… — она все еще сомневалась.

— К директору лучше сейчас без детей. Очень зол и решительно занят. Ну что, идем?

Нда… это был аргумент.

— Хорошо. Пойду на заклание к этому вашему… крокодилу.

— Директору. Нашему.

Кот снова ей улыбнулся во все зубы (довольно пугающе, если честно), забрал радостно подпрыгивающую от нетерпения Лесю, показал направление, в котором «Директор там где-то сидит», и они ускакали.

Соня оглянулась на негостеприимное здание местной столовой, вздохнула и побрела…

В ту самую сторону.

Слева от явно попахивавшей гарью поляны, где еще вчера вечером возвышался директорат, шла узенькая дорожка из желтого кирпича.

Прямо как в «Волшебнике Изумрудного города». Густые серебристые кроны деревьев обступили ее, о чем-то тихо шурша сердцевидными листьями.

Круглая поляна появилась прямо перед Соней очень резко, будто занавес вдруг подняли на сцене. Блестящая голубая трава, аккуратно подстриженная, огромный письменный стол прямо в середине поляны, перед ним большущее новое кожаное кресло, остро пахнущее новизной, и недвусмысленно говорящее всем о статусе сидевшего в нем хозяина.

Директор. Ох, мамочки, Сильвер.

Несмотря на смутные подозрения, Соня остолбенела. Шок. Натуральный. Ну никак у нее не складывался ее персональный добрый волшебник со злобным драконом! Но перед ней именно Эндрис и сидел.

Он изменился. Стал даже шире в плечах (хотя куда уже шире!) и выше ростом.

Эндрис Сильвер, он же Андр Серебряков, собственной персоной, мрачно сидел за раскладным столом, на котором лежала лишь пухлая кожаная папка на молнии, и сосредоточенно точил карандаш.

Другие очки — она сразу заметила. Эти были больше похожи на пенсне: круглые стекла, тончайшая оправа. Они делали выражение лица Эндриса каким-то брюзгливым и злым.

Глупо было стоять и смотреть на работу перочинного ножа в руках нового их директора. Красивые руки. Длинные сильные пальцы, безупречно-овальные ногти. При этом, в них не было вычурной холености белоручки, эти руки не боялись простых мужских дел, и выпуклые линии вен их не портили совершенно.

Соня вздохнула. Шагнула вперед, сжав кулаки, и сказала ему очень громко:

— Здравствуй!

На месте директора от такого неожиданного вопля она бы хоть дрогнула. Он и ухом в ответ не повел, лишь покосился на нее и вздохнул.

Медленно отложил карандаш, поправляя очки. Не узнал? Или может, это и вовсе не Эндрис?

— Добрый день, Софья Николаевна. Я жду вас уже… — он зачем-то перевел взгляд на карандаш, будто тот мог подсказывать время и снова вздохнул. — Сорок местных минут. Полтора часа, если в земном времени.