Книга Колючее счастье для дракона, или Инквизиции требуется цветовод, страница 122 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Боюсь, что вообще ничего.

Дракон ухмыльнулся в ответ, очень хитро и заговорщицки.

— Во всех мирах и народах существуют поверья и легенды, что интимная жизнь человека тесно связана с урожайностью земли. Молодые женщины выходили сеять овощи обнаженными, девственная кровь, пролитая на пашню, сулила обильные благословения, а близость между мужчиной и женщиной часто считалась залогом сытой и теплой зимы.

Соня сидела вся багровая от смущения, пряча глаза и стиснув в руках вилку. Ее напугал даже не сам разговор, а мысль о том, что она… как главный цветовод… могла бы… но исключительно с директором! Вот такая она развратница. Стыдно.

— Так вот, возвращаясь от исторических справок к нашим общим баранам, в смысле к дриадам, — Сильвер исподволь развлекался, с удовольствием разглядывая свою смущенную до слез собеседницу. — Их природа тесно связана со всеми этими ритуалами. Они ведь дендроморфы. И когда им в голову ударяет «весна»… Начинается полный разгул, по нашим, конечно, меркам. Для их культуры это совершенно нормально, опыление пчелами же тебя не смущает?

— Это… опасно? — рискнула подать голос Сонечка.

— Исключительно для них самих. На других существ реакция обычно не проявляется. Да и на родной планете наших друзей этот период успешно контролируется. Заранее составляются списки, расписание, сложившиеся парочки уединяются в специально отведенных местах… тебе смешно?

— Немного, — призналась Соня. — Представила просто… расписание оргий. Почасовое.

— Скорее уж понедельное, — усмехнулся Эндрис. — Быстро это не заканчивается, как правило. Зато результат удивительный. Все растительное, что сохло и дохло, после этих самых ритуалов оживает и буйно пускается в рост.

— Так может, не стоило нашим ребятам мешать?

— Двадцать пять здоровых половозрелых студентов, Софья. Тут будет не оргия. Тут будет членовредительство… во всех смыслах слова. Тем более, с таким сильным катализатором. Боюсь, если этот процесс не контролировать, может закончиться все плачевно.

— И кто мог об этом знать? — задала правильный вопрос Соня.

— Все, — просто ответил дракон. — Этот вопрос поднимался совсем недавно. Планировали, совещались, как лучше поступить… дриады должны были принимать специальные лекарства, подписать согласия…

— Составить расписания половых актов? — хрюкнула девушка.

— И это тоже. Среди ребят три официальные пары с дозволением на сезонное репродуктивное совокупление.

Звучало смешно и дико.

— А что насчет романтики? — отчего-то вдруг расстроилась Соня за незнакомых зеленоволосых дев.

— В репродукции мало романтики. Кстати, а ты вообще знаешь, кто такие дриады?

Чувствуя явный подвох, девушка предпочла не блистать знаниями, почерпнутыми из любовных романов. И головой отрицательно покачала.

— О! — Сильвер азартно хлебнул ароматный компот Зильдин, тот самый, фирменный, и, улыбаясь все шире, продолжил: — Они удивительные создания! Симбиоты, как… кхм, кхм, что такое лишайники, ты же знаешь?

Соня, за этим обедом и так уже сильно подрастерявшая свое самомнение, возмущенно фыркнула. Знала, конечно. Серебряная медаль все же. Ну, и их северные олени еще едят.

— Вот. Так и наши студенты. Пока они молоды, растительная составляющая в них совсем невелика: волосы да необычный половой цикл. А вот с возрастом теплокровный организм их стареет, а растительный живет много дольше. В старости, годам этак к тремстам, остается вообще только дерево, укоренившееся в земле, широко раскинувшее ветви. Знаешь, я в чем-то им даже завидую. Эпический вариант старческого маразма: стоишь себе в темном лесу, тихо шуршишь…