Книга Блондинка и Серый волк, страница 131 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Ее всегда тянуло в плохие компании.

Павел очнулся, скрипя громко зубами, и звучно выругался на древнем гоблинском. Рана его выглядела отвратительно: дротик словно врастал витыми черными корнями в плечо, и отростки его тянулись уже прямо к сердцу.

— Я заметил. По себе, между прочим. Вы… уходите?

Она промолчала, жадно всматриваясь волку в лицо. А он отпускает?

Затихшее ненадолго сражение вокруг них снова набирало свою убийственную силу. Маг привел подкрепление. Волков же оставалось все меньше: оборачивались и поскуливая, раненые уползали с площади в темноту.

— Отпусти ее. Нас отпусти, я один не уйду, — Канин шептал очень тихо, но слова прозвучали отчетливо и очень твердо. Не уйдет.

— Ты один даже и не уползешь, говоря откровенно. Агата?

Она снова молчала, не в силах ответить. Заставлять девушку брать сейчас на себя это решение было жестоко. Волк это понял вдруг и, мучительно сжав челюсти, громко выдохнул, отвечая себе самому:

— Уходи. Я мог бы солгать тебе, рассказав, что совершенно не больно. Что отпускаю спокойно и даже люблю другую. Но мы ведь поклялись друг другу не лгать?

Агата громко всхлипнула, зачем-то до боли закусив пясть руки. Кровь опять застилала глаза. А напротив стояли, невольно обнявшись, словно в насмешку над ней, два ее самых любимых мужчины. Такие разные. Ничем не похожие, совершенно. Пашка покачивался и стремительно бледнел.

— Запрещенное оружие. В него стреляли червем смерти. Был бы он смертен…

— Это в меня стреляли, он собою прикрыл. Я не могу его бросить.

— Даю тебе слово будущего короля: где бы ты ни оказалась, я найду тебя. Иначе какой я король, любимая моя госпожа? Просто подожди меня, обещаешь?

Он вдруг быстро схватил ее руку, кидая взгляд на все более разгоравшуюся битву вокруг. Перехватив пальцы правой руки, надел на средний свое Волчье кольцо. То, словно приняв ее, послушно и плотно обхватило девичий палец. Рывок на себя, поцелуй, очень быстрый, последний.

Агата свободной рукой задрала свою юбку, молча выхватив нож из потайных ножен, сунула в руки Рудольфа. Она берегла его для последнего ближнего боя. Теперь этот бой за нее примет волк.

— Подарок. Ты говорил, он приводит к хозяину? Он был моим. Просто вспоминай меня.

Не смогла заставить себя снова посмотреть ему в глаза. Взгляд потупила, губы поджала, перехватив снова терявшего сознание Канина на плечо.

— Он очень плох. Вот, возьми это. Сейчас там всего лишь вода. Просто вспомни, как ты это делала.

Ловко поймала маленький пузырек толстого темного стекла, закинула извечно женским движением за лиф бального платья.

— Спасибо. Мне его дотащить до портала, а в нашем мире такое лечится быстро.

В нашем. Не в их с волком мире, а там, откуда она пришла сюда такой неполноценной и обездоленной. Зачем Агата туда возвращается? Ах да, дружеский долг… Стиснула зубы, пряча предательски проступившие слезы. Нельзя плакать. Ему тоже больно.

— Иди. Я прикрою, не оборачивайся. И помни, что я сказал тебе. Слышишь, любимый мой котенок?

— Я… я люблю тебя.

Прошептала и ринулась быстро, выныривая из-под щита. Нельзя оглядываться, невозможно позволить себе на секунду отвлечься. Только вперед. Удар, уворот, защита, еще удар. Канин тихо стонал, пытаясь перебирать ногами. Острая боль от удара в бедро, а ей некогда даже смотреть. Сзади раздался жуткий волчий рев. Не удержалась, бросила взгляд назад, застыв на мгновение.