Книга Блондинка и Серый волк, страница 122 – Марианна Красовская, Нани Кроноцкая

— Это… То самое, о чем я подумала? Оптимистичненько так. Жизнеутверждающе.

Руд молча пожал плечами, подавая ей руку. Что-то шепнул кучеру, расплатился, и они двинулись к массивным воротам. Судя по страшным оскаленным волчьим мордам на решетках и ручках ворот, путники прибыли точно по адресу.

— Я думаю, архитектор вложил в это сооружение свое видение волчьего логова. Столичные штучки, уникальный стиль, ничего не поделаешь. Я ведь тоже тут не был ни разу, моя изысканная госпожа. Очень надеюсь, что внутри там поуютнее.

— Да ладно, он клевый! На крышу я бы посадила горгулий, грифонов, драконов и прочих химер. Решетки воткнуть во все окна. Нанять еще пару актеров, чтобы выли по ночам душераздирающе и кричали нечеловечески. Пару недель, и успех тебе обеспечен. Нет? Ну как хочешь, какую идею похоронил!

Волчий замок был оглушительно пуст. Родственнички постарались на славу. Вынесены были, кажется, даже замковые мыши. Ни тебе портретов героических предков на стенах, ни фамильной посуды. Только эхо гуляло в неуютных каменных стенах.

— Нда. Этого я не учел. Впредь буду предусмотрительнее. Похоже, дядюшке не понравилось мое возвращение.

— Послушай, а ты говорил: твой отец был женат? То есть еще есть наследники?

— Пять раз. У меня шестнадцать младших сестер, три года назад было четырнадцать, близнецы у нас часто рождаются. Отец, похоже, не оставлял попыток родить мне достойного конкурента. Не вышло. Вообще, с его смертью мне еще предстоит разобраться. Моро был полон сил и здоров. А сестры… Хорошие девочки все, самой старшей семнадцать. Я был несправедлив к ним тогда, даже ненавидел.

— Ты? Да ладно, ты это умеешь?

Агата стряхнула невидимую пыль с подоконника огромного стрельчатого окна в большой круглой комнате. Видимо, это была когда-то столовая.

— Я, как видишь, успел немало дел наделать, моя разумная госпожа. Думаю, мои младшие сестры будут на Королевском балу, и я вас познакомлю, — он еще раз оглядел свое горе-наследство. — Поехали, что ли, обратно в гостиницу?

— Погоди.

Агата секунды раздумывала, вдруг быстро нагнулась и оторвала длинный кусок подола своего бордового бархатного платья. Шагнула к окну, распахнула скрипевшие рамы и вывесила широкую яркую ленту, прижав ее створкой.

Выйдя из дома, они оглянулись. Выглядело отлично: настоящий штандарт.

— Ну все, замок мы застолбили, флаг поднят. Поехали, я жрать хочу — сил просто нет. Одними пирожными с лимонадом хищник сыт не будет. Нам еще продержаться до бала два дня?

— Может, на сеновал? Моя отважная госпожа, только скажите!

Несносный мальчишка! Какой из него герцог, скажите? А уж король — так тем более.

* * *

Утром пятницы в дверь их номера постучались решительно и очень громко. Уставшая от безделья Агата накинула пеньюар и, стараясь не разбудить волка (который, в отличие от нее, все эти дни был основательно занят), шагнула к двери.

На пороге стоял мужчина весьма представительного вида.

Предельно внимательно ее оглядев, он произнес вежливым голосом:

— У меня письмо для молодого герцога. Я могу видеть его? Только лично в руки.

«Молодой герцог», по своей многолетней привычке спавший совершенно голым, сполз с широкой постели и, не прикрываясь, прошествовал навстречу посланнику. Лично так лично. Агата, похоже, на герцога плохо влияла. Раньше он не был таким провокатором.