Книга Я бегу по снегу босиком, страница 126 – Нани Кроноцкая

Ритуал смертной клятвы. Изгнание тела, заклятие смертью.

Все, кажется. Можно было вставать с каменного пола, собирать протоколы.

Оторвать себя от этой девушки было немыслимо сложно. Она словно въелась под кожу, вдруг сделалась так нужна, как дыхание, как сама жизнь. Магия донора? Наверное, — да и хорошего уровня. Не Венди, конечно, зато как она пахнет… Взглянул ей в лицо, и отпрянул. Люся была так бледна, как минуты назад их допрашиваемая.

— Что с вами? Людмила, очнитесь!

С трудом приоткрыла глаза, криво ему улыбнувшись.

— Вы… кажется перебрали, Илья. Не вздумайте только покушаться на мою девственность, она мне еще пригодится.

И отключилась.

Огромный коттедж клана Буре был построен в стиле конца мрачных и бедственных девяностых годов ушедшего века. Унылые круглые башенки, мрачно-красный кирпич. Обязательный забор с устрашающими пиками на решетках, как будто в остроге. Такие «памятники архитектуры» ушедшей эпохи теперь уже редкость.

Ди сразу же повезло: на втором этаже горел свет и огромная разлапистая сосна упиралась ветками прямо в приоткрытые двери балкончика рядом. Птичка впорхнула туда, присев на перила и прислушиваясь чутким ухом хищницы к происходящему.

А внутри было жарко.

За столом, на котором весьма недвусмысленно возвышалась целая дюжина разных бутылок и остатки нехитрой закуски, сидело трое мужчин. Очень похожие: массивные, крепкие даже квадратные, не отличались они какой-либо красотой или привлекательностью.

Самый высокий, в дорогущем костюме, почему-то босой, уже даже лежал на столе, сжав голову руками и громко постанывая.

Второй тряс его за плечо, рыча что-то на ухо. А третий… Самый мелкий из них, с сединой на висках, медленно и печально заряжал пистолет патронами странного вида, лежавшими на столе.

Австрийский Глок 17, последняя модель, боевой дорогой пистолет. Лер увлекался человеческими оружейными разработками, и Венди посматривала его журналы, узнав это оружие сразу. И пули в патронах серебряные, — единственное эффективное оружие от высших оборотней. Страшное даже для Венди и давно запрещенное всеми законами и договорами. Она их там физически чувствовала.

Снова состав преступления. Однажды переступив черту смерти невинных, они уже не остановятся. Кто в этот раз? Дениска? Ди осторожно подлетела ближе, ругая себя за безмозглость: артефакт невидимости она снова оставила Леру.

— Тебя как грохнуть, ублюдок? Прямо в затылок или обернешься и умрешь гордым волком?

Седой словно рычал, тихо и хладнокровно вставляя патроны в магазин пистолета.

— Мне все равно. Ты меня убил уже, просто дело закончи.

Лежащий на столе младший Буре, (а это был он, очевидно) поднял голову, глядя на брата.

— Давно надо было. Мы отдали тебе эту девку, наслушавшись сказок о вечной любви. Я столько лет был идиотом и верил тебе. А ты давно повернулся на этой шалаве.

— Не смей так о ней!

— А то что? — Седовласый навел дуло пистолета на искаженное ненавистью лицо. — Хочу и смею. Эта девка должна была сдохнуть в тюрьме. Ты сначала вопил что ее совратишь и отправишь домой, потом — что вступишь с ней в сговор. И не смог сделать вообще ничего с этой шлюхой. Зубы все обломал.

— Рис, он брат твой! — Третий участник этой драмы наконец подал голос. — Все эти годы тебе никто не мешал все исправить. И что? Ты сам развалил все дела отца, его отстранив. Все пошло через задницу. Виноват младший брат? Да он тихо с девкой своей развлекался и не мешал тебе. На себя посмотри, гениальный Борис. Это ты его не остановил тогда. Ты…